Онлайн книга «Советник»
|
— Молодец! – голос Карраго слаб. – А теперь… фиксируй, ставь метку и выходи. Не резко… давай, возвращай границу. Зачем? Разве нужна она? Как можно добровольно… — Давай! – рявкает Карраго, и Винченцо практически выбрасывает из того состояния, в котором он находился. Он вдруг осознает себя, стоящим посреди комнаты, согнувшимся в три погибели. Едва дышащим. Рука, которой он оперся на стол, дрожит мелко и часто. И рядом, не позволяя упасть, стоит Дикарь. Его руки крепко держат Винченцо. И хорошо… хорошо… но в нем все равно что-то неправильно. Категорически. Что? Потом… Изо рта, кажется, тянутся нити слюны, Винченцо пытается их сглотнуть, но выходит слабо. — Метка… - Карраго поворачивается к дверям. Что это вообще было и почему… — Нет, ты… ты не ошибся? – Карраго поднимает рывком и заглядывает в глаза, а потом отвешивает пощечину. – Давай, соберись. Не заставляй меня жалеть, что связался с тобой… — Ты… ты меня использовал. Слабость. Знакомая такая. Оглушающая. — Во благо. В то самое общественное благо, о котором так пеклась твоя сестра… — Да он сейчас отключится, - заметил Дикарь. — Он сейчас подберет слюни, выдохнет и отведет нас к метке, - Карраго сдавил щеки, заставив Винченцо задрать голову. — Если вы ему шею сломаете, он точно никуда нас не отведет. — Если сломаю, то верну на место. Я целитель все-таки. А сила его по-прежнему темно-зеленая, но какая-то… тухлая? Пронизанная болезнью. И выходит, что и сам Карраго действительно болен. Болен? Как это вовсе возможно? Он… он ведь незыблем. Если не вечен, то почти. И вот… болезнь? Но дышать и вправду стало легче. И слабость отступила. — Понял теперь? – поинтересовался Карраго вполне себе миролюбиво. – Когда я говорю что-то делать, делать надо незамедлительно. Сила… Её ведь было так много. она была разлита вокруг, и Винченцо сам являлся частью этой силы. А теперь? Это… из-за границы? Той, что восстановилась по привычке? Если её снять… — Только попробуй. Точнее можешь, потом, когда меня рядом не будет, - Карраго руку убрал и за спину спрятал. – А то отвлекайся потом на твое воскрешение. — Это… что это было? — Детей, у которых проявляется дар, не зря заставляют выстраивать границы. И держать их. Дело даже не в работе источника. Просто… не просто. Потом поговорим. И в этом примерещилось обещание. Винченцо все-таки разогнулся. — Метку свою видишь? — Д-да… — И где он? — Рядом, - с недоумением произнес Винченцо. – Совсем. И по ощущением она приближается. Ближе. И… В дверь вежливо постучали, а потом она открылась и в комнату заглянул барон. — Это… тут… такое вот… в общем, мы тут чего-то нашли… кажется. Винченцо почувствовал, как зудят руки. И не только у него. — А теперь она вот… Мальчишка посторонился, пропуская Ирграма, который нес на руках императрицу мешеков. Девочку осторожно поставили на пол, а она, кажется, и не заметила. Она стояла, сжимая в руках пластину из темного металла, не способная отвести от нее взгляда. — Знаете, - Карраго улыбнулся так широко, что стали видны бледные десны. – А жить с каждой минутой становится все интереснее. И словно отзываясь на голос его, дверь приоткрылась еще шире, пропуская тварь, которой самое место в ночных кошмарах. — Тихо! – барон вскинул руки. – Это… ну, собачка такая… она не кусается. |