Книга Белая башня, страница 80 – Екатерина Насута

— На чем?

— Это твой сон. Создай что-нибудь и напиши. Только… не на этом, не на твоем самматском.

— А на каком?

— Древние, — Миха протянул флягу. — Попробуй изобразить чего-нибудь на языке Древних…

Глава 19

Ирграм

На кабанов они напоролись ближе к вечеру третьего дня.

Что сказать.

Дорога.

Лес, через который приходится пробираться, руководствуясь мальчишеским неопределенным — «нам куда-то туда». И собственным чутьем Ирграма, которое подсказывало, что ему тоже «туда», что бы там ни находилось. К счастью, путешествие давалось ему куда легче, нежели людям.

Те шли, конечно.

Пусть медленно, особенно в первый день, когда приходилось то и дело останавливаться, а закончилось тем, что наемник взвалил на себя мальчишку, а тот, второй, магичку, которая тоже выбилась из сил и рухнула на мох, сказав, что больше и шагу не сделает. И если её решат добить, то она совершенно не против.

Добивать к вящему сожалению Ирграма не стали.

Оттащили на некое подобие поляны, там и устроились на ночлег. Он же использовал ночь с толком, успев обойти не только поляну, но и окрестный лес. Следовало сказать, что этот лес весьма разительно отличался от своего собрата. Хотя бы тем, что в нем была жизнь.

Уже тогда, ночью, Ирграм услышал шубуршание в листвяном ковре, затем и следы унюхал, сперва робкие и редкие, но чем дальше он углублялся в чащу, тем больше становилось зверья.

Заметил это не только Ирграм.

На следующий день наемник ко всеобщей радости добыл зайца. И пусть был тот тощеват, но сам факт того, что зайцы тут водились, приободрил.

Впрочем, оказалось, что водились не только зайцы.

На второй день пути появились комары и мошки. Черные облака их поднимались над редкими полянами, наполняя воздух звоном и гулом. Гнус садился на кожу, забивался в ноздри и рот, лез в уши и волосы, напрочь игнорируя и заклятья, и сваренный Карраго раствор.

Ну а на третий день появилась живность и покрупнее.

Кабанов Ирграм почуял издали и свернул в сторону, после и вовсе на дерево забрался. Затем подумал немного и свистнул, предупреждая.

Матерый секач, до того лежавший в яме, которую сам же и вырыл, дернул ухом. И свиньи, возившиеся в корнях старого дуба, на мгновенье подняли тяжелые головы, впрочем, тотчас опустили.

Поросята так и на мгновенье не прекратили возни.

Ирграм перебрался на другое дерево, благо, росли они тут столь плотно, что ветви давно уже сплелись в единую сеть.

Отыскав глазами рытвенника, который к кабанам приближаться не спешил, явно демонстрируя нехарактерную для нежити разумность, Ирграм сказал:

— Не лезь. Затопчут.

Не то, чтобы он был великим знатоком кабанов, но местные показались ему слишком уж крупными.

Не только ему.

Тень обнаружился неподалеку. На дерево забираться не стал, а вот Ирграму пришлось спуститься. Благо, ветер дул от кабанов, а потому вони человеческой они не почуяли. А может, почуяли, но не сочли людей хоть сколько бы опасными.

— Спасибо, — произнес Тень одними губами. — Подсобишь?

Лезть к кабанам Ирграму не хотелось вот совершенно.

Мясо?

За прошедшие дни он успел понять, что как таковая еда ему не нужна, хватает темной силы, которой щедро делилась пластина. Благо, еще одна туманная тварь напитала её. Кровь? И кровь не нужна. Нет, от человеческой Ирграм, пожалуй, не отказался бы, а вот свиная…