Книга Адаптация, страница 101 – Екатерина Насута

— Доброй ночи, Кира, – тихо сказала тень. – Ты бы хоть свет включила, что ли.

И поднявшись во весь рост, тень пересекла палату. Щелкнул выключатель, Кира зажмурилась, а когда открыла глаза, в палате никого не было.

Спящий спал.

Ожидание продолжалось.

Проанализировав химическое вещество, поступившее в кровь носителя, гайто пришел к выводу, что соединение не несет угрозы для жизни. Более того, отключение сознания носителя позволило вплотную заняться перестройкой.

Расплетались актиновые и миозиновые нити, трансформировались и сплетались вновь, создавая волокно куда более плотное, чем прежде. Желтыми жилами прорастали в него нервы, с трудом пробивались трубы капилляров. Плодились митохондрии. Изменялись клеточные циклы, увеличивая эффективность катаболизма. И замерев, остановилось на долю мгновения сердце, чтобы вновь запуститься в прежнем ритме.

Раскрылись кровяные депо, выпустив новые партии эритроцитов. Распустились пузыри альвеол на новых ветках бронхиального дерева.

Изменялась и пищеварительная система, множились островки железистых клеток, добавляя в ферментативный коктейль новые ингредиенты.

Трансформировалась печень.

Диапазон толерантности носителя увеличивался.

Открыв глаза, Глеб увидел Киру. Она стояла у изголовья, сложив руки на груди, и смотрела с невыразимой нежностью.

— Здравствуйте, меня зовут Кира! – сказала она, увидев, что Глеб открыл глаза. – Я очень рада, что вы живы!

— А уж я как рад, – пробормотал Глеб.

День безумного сурка продолжался.

— Я сделала перевязку. И капельницу с глюкозой поставила, – доложила Кира.

— Премного благодарен.

Девчонка – клон, если, конечно, Глебу не пригрезилось прошлое включение. А что, чем тот бред лучше нынешнего? Ничем. Значит, оценивая вероятность: оба бреда равнозначно вероятны.

И стало ли от этого легче? Ничуть.

— Кира, ты прекрасна, – сказал Глеб, садясь на кушетке. Тайком провел рукой по искусственной коже покрытия, пытаясь вспомнить, было ли в прошлый раз оно зеленым или красным? И вообще было ли? – Кира, а ты Игоря видела?

Кивнула.

— А где ты его видела, солнышко?

— Здесь.

— И что он делал? – Глеб прижал пальцем иголку, норовившую выскочить из вены.

— Он велел мне смотреть за тобой, – отрапортовала Кира.

Замечательно. Значит, все-таки не примерещилось. Была и женщина огромного роста, и палата, где людей и кадавров сваливали в одну кучу. Только не люди это, а клоны. Искусственные солдатики, хранящие периметр. А настоящие люди во внутреннем обитают, за буферной зоной. Спрятались и сидят, как червяки в огрызке железного яблока.

— Это тебе. Игорь велел передать, – Кира протянула сложенный вчетверо лист бумаги. – Игорь очень беспокоился.

Как мило с его стороны. Глеб развернул лист.

«Я искренне прошу простить меня за то вмешательство в ваш организм на которое я вынужден был пойти чтобы избавить вас от волнений Ваше физическое состояние требует особо бережного к вам отношения и заботы».

— А знаки препинания он из принципа игнорирует? – поинтересовался Глеб и, увидев удивление Киры, махнул рукой.

Ну их всех тут. Шизоиды. Чего удивляться, что главврач этого дурдома сам слегка головой тронулся. Но он хотя бы человек. Наверное.

«Предвидя некоторые вопросы каковые несомненно возникнут у вас я спешу дать ответы».