Онлайн книга «Волшебный пояс Жанны д’Арк»
|
— И он… — Нет. Николай. Он сестрицу знал. Выпила и отрубилась. А очухалась, сама не понимая, чего и где… Он ей сказал, что Кирюха внизу торчит, желает поговорить с нею… Нет, нормальный человек подумал бы, какого лешего он там посеред ночи делает, чего не поднимется, но Аллочка пьяной еще была. И пошла за братом. А он ее с лестницы столкнул. — На лестнице он все загодя приготовил. Масло это… перебор, конечно. Пьяного и спихнуть бы хватило, но нет… говорю ж, умный дурак. Леха широко зевнул и признался: — Замаялся я сегодня — жуть… но ничего… этого вашего ферта вменяемым признали, так что теперь не отвертится… — А Людочка? — Людочка… Людочке вашей предъявить нечего… она ведь жертва… и говорит, что знать не знала о планах дружка. Что любила его безмерно, каждому слову верила… а он ее едва не убил. — Леха поднялся. — Она — пиявка… нашла, присосалась… Но этого не докажешь… ее слово против слова Николая. С ним-то эта девица немного просчиталась. Поверила, будто дружок крепко на цепи сидит. Только ж с психами разве можно быть в чем-то уверенным? — То есть ей ничего не будет? Леха пожал плечами и ответил: — Не знаю. По закону — ничего. А по жизни… Поверь моему опыту, Кирюха, жизнь — она еще та шутница… Алиция Виссарионовна продержалась до весны. И в какой-то момент Жанна поверила, что старуха никогда не умрет. Не то чтобы она ждала ее смерти, скорее наоборот, привыкла и к еженедельным визитам, и к скрипучему насмешливому голосу, и к неудобным вопросам, ответов на которые у Жанны не было. — Что вы тянете кота за хвост? — В последние недели жизни Алиция Виссарионовна полюбила выходить на террасу. Шла она сама, маленькими шажочками, то и дело останавливаясь, и порой лицо ее кривилось от боли. — Все ходите и ходите… кругами… Она раздраженно отмахнулась от Кирилла, который сунулся было, желая помочь. — Я еще жива. — Да уж. — Кирилл отступил. — И это меня не удивляет. — Не хами. — Я не хамлю, я восхищаюсь. — Он был искренен в своем раздражении, и в нем Жанне виделась та самая к старухе любовь, в которой Кирилл в жизни бы не признался. — Вас на том свете уже заждались. — Ничего, подождут еще немного… А ты бы хоть кольцо подарил, ежели намерения серьезные. Серые глаза слезились. На террасе стояло кресло-качалка, легкое, из ротанга, и Алиция Виссарионовна со вздохом усаживалась в него. — Гляди, Кирилл, я еще успею завещание переписать, — грозила она пальцем, но при этом — Жанна готова была поклясться — смеялась. — Успеете. — Кирилл садился рядом, на низкий стул, а Жанне доставалась белая козетка. На козетке стопкой лежали журналы, которые Жанна листала, не читая. Ее присутствие вовсе не требовалось, но было лишь частью ритуала визита. А ритуалы не стоит нарушать — так однажды сказала старуха. Кирилл говорил о делах. Алиция Виссарионовна не то слушала, не то дремала с открытыми глазами… и когда их время выходило, в дверях появлялась Людочка: — Ей пора отдыхать… — Почему они не наймут другую медсестру? — не выдержала однажды Жанна. Видеть Людочку ей было неприятно. Та больше не пыталась заговорить и вовсе делала вид, что не замечает Жанну, но само присутствие, тихое, незримое порой, заставляло вспомнить все. — Зачем? — А если она… — Что? — Кирилл, похоже, Людочки не боялся. — Убьет кого-нибудь? Например, Алицию? |