Книга Волшебный пояс Жанны д’Арк, страница 42 – Екатерина Насута

— Ты это говоришь…

— Для полноты картины. И еще, чтобы ты была осторожней с ним. Не надо доверять так слепо. — Николаша улыбнулся, и в желтом свете блеснули зубы, тоже желтые, показавшиеся острыми.

— Ты его…

— Оговариваю? Нет, Жанна. Попытайся отстраниться от своей к нему симпатии и мыслить логически. Сколько было попыток? Три, верно? Коньяк. Машина. И лошадь.

— Ты знаешь…

— Кирилл был в ярости. Или ярость эту сыграл. Он неплохой актер. Да и аварию сложно было бы замолчать, но… подумай, каким везением нужно обладать, чтобы все три раза выжить. Один — это случайность. Два — совпадение. А три…

— Закономерность.

— Именно.

— Обо мне сплетничаете? — Этот голос заставил Жанну подпрыгнуть.

— Кир, не пугай девушку, — с упреком произнес Николаша, а потом спокойно добавил: — О тебе. Мы пытались логически выяснить, кому из семьи выгодно убивать конкурентов.

— Выяснили?

Кирилл был в черном. Черные джинсы. Черный легкий свитер. И черный платок, повязанный по самые брови. В этом наряде он был отвратительно хорош.

— Выяснили. — Николаша поскреб шею. — Тебе.

Как ни странно, но это признание Кирилла не смутило и не разозлило. Он рассмеялся, громко, заливисто, и Жанна ощутила себя полной дурой. Разве человек, которого всерьез обвиняют в убийстве, будет смеяться?

— Мне… ну да, кому же еще… — Кирилл вытер глаза ладонью. — Предупреждал, чтобы она со мной осторожней была?

— Предупреждал.

— И что она?

А вот чего Жанна терпеть не могла, так того, когда в ее присутствии о ней говорили так, будто ее и вовсе здесь нет.

— А она сама разберется, с кем ей осторожней быть…

— Злится — значит, жить будет. — Кирилл улыбался и как-то так, что собственное раздражение показалось Жанне на редкость глупым, детским.

И вправду, он же не виноват, что Жанну из себя вывели.

— Даму я украду, — не то предупредил, не то просто поставил в известность Кирилл. — Идем… допрогуляемся, если, конечно, ты не стала настолько осторожна, чтобы избегать прогулок в компании подозрительных мужчин.

Отказать?

Согласиться?

Сослаться на головную боль или внезапно вспыхнувшее желание отойти ко сну?

— Идем? — Кирилл протянул руку. — Я покажу тебе одно интересное местечко. В свое время я там прятался.

— Прятался? — Глядя на этого крайне самоуверенного типа, сложно было представить, что он способен был от кого-то прятаться.

Зачем?

— Прятался, — подтвердил Кирилл. — Я… диковатым был. Вообще все сложно… И раз уж все успели тебе в жилетку поплакаться, то и я не буду исключением.

— Откровенность?

— Откровенность за откровенность. Считай, сделка.

— Ты все… на сделки переводишь?

— Стараюсь. — Он шел медленно, подстраиваясь под шаг Жанны. — Когда условия сделки понятны обеим сторонам, многое становится проще. Очевидней. Поэтому откровенность за откровенность. Я рассказываю о себе. А ты — о себе.

— Что именно?

— Что захочешь. — Он улыбался широко, глянцевой улыбкой, которая была ненастоящей.

— Прекрати, — попросила Жанна.

— Что прекратить?

— Так улыбаться, как будто… не знаю… мне когда кредит давали, то служащая вот точно так же улыбалась.

— Аргумент, — хмыкнул Кирилл. — Я не банковская служащая… но один хрен, разница невелика. А у тебя чутье неплохое. Обычно люди эту улыбку за улыбку и принимают.

— А на самом деле…

— Маска. Одна из многих. Вообще-то все люди носят маски, но редко кто дает себе труд признаться в том. Ты вот притворяешься хорошей девочкой.