Онлайн книга «Верь только мне»
|
Пробегаю глазами по ее сиськам, обтянутым в белую фирменную футболку, и короткой юбке с логотипом ресторана. Она замечает это, и намеренно закусывает губу в ожидании ответа. Как недорогой десерт на пластиковой тарелочке общепита, протяни руку — и он твой. Таких десертов я знатно пережрал в жизни. Мне хочется трюфель: хрен найдешь, вкус специфический, готовить заебешься. Еще и трубку бросает! Еле заметно трясу головой, чтобы не думать о Виолетте. — Да, по работе, поэтому попрошу скорее принести мой заказ. Девушка потухает, но вряд ли ее так просто можно сбросить с хвоста: —Понимаю Вас, я позабочусь о Вашем комфортном пребывании, — понижает голос до соблазнительного по ее мнению. — Меня зовут Кристи… — Извини, подруга, не я твой счастливый билет из этой глуши, — отрезаю, чтобы прекратить дальнейшие попытки подкатов. Послушно ретируется, шипя ругательства себе под нос. Видимо, до нее доходит, и дальше меня обслуживает молчаливый парень. Дожевывая мясо, надо сказать, неплохое, достаю телефон. Быстро проверяю разницу в часовых поясах — как раз. Гудки. — Теть Миль, здрасьте! — Вильгельм, привет, родной! — всегда поражало, насколько они с мамой похожи. Тетя Эмилия — мамина старшая сестра. Она всю жизнь прожила в Германии, поэтому на русском у нее смешной акцент нараспев, какой был когда-то у меня. — Все хорошо у тебя, солнышко? Nico! Schatz komm mal her, Wilhelm ruft an!!* — Норм. Привет, бандит! — здороваюсь с беззубым шестилетним троюродным братом. Мы только что провели вместе все лето, так что я научил его парочке фраз. А то совсем пропадет парень, — дома с ним только на немецком разговаривают. — Прывэт! — смешно таращится в камеру малой, — Guck mal ich hab einen neuen Legoman! Wann kommst du denn vorbei?** — Скоро, Нико, скоро! Я как раз насчет этого. Теть Миль, помните мы говорили про переезд… Тетя отправляет малого играть, а сама обеспокоенно смотрит на меня: — Конечно! — Так вот…, — не решаюсь пару секунд, — Вы не против, если я прилечу не летом, а к Рождеству. — Вилли, Schatz***, наш дом — твой дом! Йоханнес тоже тебе рад. Но милый, у тебя же учеба? Альберт в курсе? — Отец не в курсе…, — озираюсь по сторонам, будто отец может вот-вот выпрыгнуть из-за ширмы. — Я просто хочу улететь. Насовсем… Теть Миля ненавидит отца, она как и я считает, что он виноват в смерти ее сестры: — Прилетай, родной! Прилетай! — серьезно выдает она. — Твой дом — здесь. Машенька была бы очень счастлива это слышать. Мы тебя не отдадим назад! Тебя ведь там ничего не держит? — Нет, — говорю сухо, а самого будто заточенной спицей в солнечное сплетение кольнуло. Держит, сука, еще как держит. — Так почему бы не прилететь еще раньше? — Не могу пока, есть пара незаконченных дел, да и денег подкопить надо. Пока я там сориентируюсь, — озвучиваю ей мой план. — Вилли, солнце, ты знаешь, что всегда можешь на нас положиться, и что не нужно тебе эти деньги копить. Альберт сильно тебя измучал? Ты вон какой-то потухший. Прилетай сразу, как только соберешься! — доверительно говорит тетя. — В этот раз навсегда. — Да, в этот раз навсегда. На душе становится очень тепло, такое забытое чувство семьи, когда о тебе переживают, ждут и заботятся, и вместе с тем тошно. Виолетта тоже заботилась, когда вытаскивала из подсобки и нравоучения свои читала. Заботилась, когда кидала мне геолокации ресторанов в тех городах, где я в находился в командировке, потому что мне некогда было искать самому. Противно тянет в районе солнечного сплетения, когда я в стотысячный раз прокручиваю в голове Виолеткино «А ничего у нас!». |