Книга Напиши меня для себя, страница 122 – Тилли Коул

Свадьбу организовали всего за три коротких дня. Нина почти все устроила сама: рассказала о нашей свадьбе местной общине, и многие предложили свою помощь. Свадебный салон подарил платье, а кейтеринг-компания уже подготавливала все в официальной столовой, где мы должны были после ужинать. Компания по организации вечеринок монтировала танцпол в большом зале. Мне хотелось верить, что мистер Оуэнс тоже одобрил бы наш брак. Он так и не увидел, как выходит замуж его дочь; она умерла слишком молодой.

За моей спиной кто-то покашлял. Я обернулась и обнаружила папу в смокинге. Его взгляд смягчился, когда он увидел меня в платье, а мои губы задрожали.

— Тебе нравится? — спросила я, поглаживая рукой нежное кружево.

— Джун, — прошептал он, вытирая слезу с гладко выбритого лица. Папа подошел, взял меня за руку и, неровно дыша, промолвил: — Я в жизни не видел никого прекраснее.

— Ты тоже выгляишь очень солидно, папа, — сказала я и прикрепила желтую розу к его лацкану. — Ты видел Джесси? — Внутри все затрепетало от волнения. Но это было волнение в хорошем смысле слова. Если бы могла, я бы прямо сейчас побежала к алтарю, чтобы стать женой Джесси. Я так этого хотела.

— С ним все хорошо, — ответил папа. — Он уже в часовне. — Папа шутливо закатил глаза. — Уверен, что он пришел туда еще вчера вечером и с тех пор ждет тебя у алтаря.

Я улыбнулась так широко, что заболели щеки, и приподняла бровь.

— Он в своей кепке «Лонгхорнс»?

Папа засмеялся.

— Дорогая, если бы он надел эту поношенную кепку, я бы собственноручно сорвал ее с его головы и сжег к чертям. — Папа до сих пор не мог смириться с тем, что Джесси сделал мне в ней предложение.

Я засмеялась, а папа внезапно вновь стал серьезным.

— Он выглядит отлично, дорогая. И просто ждет свою прекрасную невесту.

— Тогда идем, — сказала я и взяла папу под руку.

Мама поцеловала меня в щеку.

— Ты самая прекрасная невеста, которую я когда-либо видела, — сказала она, выпрямив плечи. — Пойду в часовню, увидимся там. — Мама поцеловала папу, а затем оставила нас наедине.

— Пойдем? — спросила я.

Я сделала шаг, но папа преградил мне путь. Он посмотрел мне в глаза, и у меня застрял комок в горле от той смеси эмоций, которые я там увидела.

— Джун. Я никогда в жизни не гордился никем так, как тобой, — его голос дрогнул на последнем слове.

— Не заставляй меня плакать, папа, — слабо произнесла я.

Он большим пальцем смахнул слезу с моей щеки.

— Позволь мне сказать это, малышка, пожалуйста.

Я кивнула, поскольку должна была дать ему этот момент.

— Мы с мамой так долго ждали тебя. Дети, видимо, не входили в планы Бога на наш счет, по крайней мере, мы так думали. Поэтому, когда мы узнали, что мама беременна тобой, ты стала воплощением всех наших мечтаний.

Я глубоко и медленно дышала, стараясь не расплакаться.

— Мы так и не смогли подарить тебе брата или сестру, поэтому вместо этого пытались подарить тебе весь мир. Мы любили тебя как могли, дорогая. Ты самый храбрый и милый человек на земле, и для меня было большой честью стать твоим отцом.

— Папа... — я уже не смогла сдержать слез.

— Сегодня вести тебя к алтарю к парню, которого, уверен, Бог создал специально для тебя... что ж малышка, это самая большая честь в моей жизни. И до конца своих дней я буду дорожить этим моментом. Я всегда буду ценить тебя за то, что ты показала мне, что такое безусловная любовь, и осуществила все мои мечты.