Книга Забытые чувства, страница 115 – Ана Эм

Этот ужин и правда похож на самые обычные семейные посиделки. От этого мне как-то не по себе. У нас никогда не было таких легких разговоров за ужином.

— Скажем так, я просто делаю то, что должен.

Этот ответ удовлетворяет Эдду.

— Доминика, ты ведь хотела заниматься инвестициями в колледже? – вдруг ни с того ни с сего вспоминает она.

— Да. Хотела. – мне и правда интересна эта сфера.

Щека горит от пристального взгляда Адриано.

— Почему не занялась этим? – спрашивает он, и я не выдержав, снова смотрю на него.

Неужели он действительно только что спросил, почему я не стала заниматься тем, что мне нравилось?

— От меня не этого ожидали. – отвечаю, пристально вглядываясь в его глаза.

В них царит понимание. На секунду мне снова кажется, будто он понимает меня без слов.

— Думаю, мне пора. – вдруг заявляет он. – Спасибо за ужин, все было прекрасно.

Адриано встает, а следом и мачеха с сестрами. Они обмениваются прощаниями, и только я провожаю его на улицу.

Теплый летний воздух ударяет в лицо вместе с благоуханием цветов. Очевидно, не все розы поместились в доме.

— А ты любишь резко обрывать любые встречи. – замечаю я с нотками сарказма в голосе.

В крови плещется алкоголь, от чего я чувствую приятную легкость. Или может быть, все дело в мужчине рядом со мной.

Он ухмыляется.

— Так я даю людям понять, что у меня есть важные дела, и оставляю незабываемое впечатление.

Мда уж. То, как быстро он завершил наше первое свидание, еще долго будет преследовать меня. В этом весь Мартинелли. Непредсказуемый. Дерзкий. Никогда не знаешь, что у него на уме. И вместе с тем, он будто бы говорит все, что думает. Он просто ходячий хаос.

— Прогуляешься со мной? – предлагает он. – Я оставил машину у ворот.

Я киваю, не подумав. Черт, наверное, второй стакан виски был лишним.

Мы направились по освещенной дорожке. Гул насекомых окутывает со всех сторон. В небе перемигиваются звезды. Этот вечер…отличается от многих в моей жизни. Особенно за последние два года.

— Спасибо, что был добр к моим сестрам. – вдруг срывается с моих губ.

— Это было не трудно.

Мы идем так близко, что наши руки почти соприкасаются. Мне понравилось, когда он держал меня за руку. В этом было нечто успокаивающее. Словно я была не одна. Впервые в жизни я ощутила себя в том доме в покое и безопасности.

— Хотя ты с моими братьями была достаточно холодна.

Мои губы невольно складываются в крохотную улыбку.

— Они без стыда и совести убили всех посетителей моего любимого ресторана.

— Да. – кивает он, наблюдая за мной. – Я был там.

— Почему их завтра не будет?

— А ты только в присутствии своей семьи такая молчаливая, да?

— Отвечать вопросом на вопрос – моя фишка. И нет. Я ничего не говорила, потому напрямую ко мне не обращались.

Он хмурится.

— В каком смысле?

Я вздыхаю и перевожу взгляд на дорожку перед собой.

— Нам запрещалось говорить, если только к нам не обращались напрямую, в особенности за столом.

Его кулаки сжимаются.

— Но кажется, у твоих сестер нет с этим проблем.

Я игнорирую его замечание, прекрасно понимая, о чем он. Но я такая, какая есть. Я приспособилась, научилась лучше анализировать, скрывать свои чувства и мысли. Теперь в этом моя сила. Не имеет значения, как именно я к этому пришла.

— Ты все еще не ответил на мой вопрос. – замечаю я.