Книга Забытые чувства, страница 204 – Ана Эм

Поверь в него.

Хочу верить.

Я люблю тебя, Доминика Эспасито.

Он заслуживает узнать хотя бы часть правды обо мне.

Гордость – это твоя слабость, Доминика.

Доверие это выбор. Это прыжок с утеса в надежде, что кто-то не выстрелит в спину. Я выросла в мире, где доверять можно только семье. Выросла с убеждением, что должна защищать, должна…

— Почему ты здесь, mia rosa?

Я здесь, потому что не хочу быть похожей на своего отца. Я здесь, чтобы прыгнуть.

Мой взгляд привлекает черный рояль в темном углу гостиной у окна.

— Играешь? – спрашиваю вместо ответа и поворачиваюсь к Адриано.

Его глаза жадно цепляются, бегают по моему телу, будто он до сих пор не верит, что я здесь. Будто я нереальна. Мне и самой с трудом верится.

Скорее Ад покроется льдом, чем я буду бегать за тобой, Адриано Мартинелли.

Как давно я произнесла эти слова?

— Нет. – тихо отвечает он. – Сестра как-то жила у меня летом, купил для нее.

Я киваю и направляюсь к инструменту, огибая диваны. Где-то в небе гремят тучи, а следом бьет молния, освещая пространство белым светом. Медленно опустившись на пуф, поднимаю взгляд на Адриано. Его рот приоткрывается, но слов не следует.

Он ждет.

Не сводя с него глаз, снимаю сначала одну перчатку, затем вторую, и бросаю их на пол.

Сердце с ударяется о ребра, ускоряясь. Пальцы слегка дрожат, когда я поднимаю крышку и касаюсь ими клавиш.

— Три года. – мой шепот сливается с дождем. – Я не играла три года. Спроси меня, почему, Адриано.

Снова поднимаю на него взгляд, даже не пытаясь подавить ком в горле. Глаза застилают слезы. Адриано медленно направляется ко мне, сжав челюсти. Смотрит так, будто готов разорвать весь мир, сжечь его до тла.

— Почему? – спрашивает он.

Опускаю глаза на клавиши вместе с дрожащими руками. Слезы катятся по щекам, и я больше не пытаюсь их сдержать.

— Потому что, – делаю глубокий вдох. – В последний раз. Три года назад. Я играла для своего сына.

Знакомая боль оживает в груди. Пальцы начинают играть тихую мелодию. Колыбельную. Ту, что я написала для него.

— Его звали Лукас. – музыка заполняет воздух и в то же время разрезает сердце.

Перед глазами возникает его улыбка. Улыбка моего медвежонка. И я улыбаюсь ему в ответ сквозь слезы.

— Ему было пять лет.

Я закрываю глаза, возвращаясь в тот день три года назад.

— Мы на пути домой, ехали с ужина в честь моего дня рождения. К тому времени я уже была в бизнесе. – открыв глаза, слежу за пальцами на клавишах. – Пару раз мне угрожали. Но я не восприняла эти угрозы всерьез. Была уверена, что справлюсь со всем сама. В конце концов я ведь дочь своего отца.

Подбородок дрожит, и я до боли сжимаю челюсти.

— Триада ждала нас дома. – музыка резко обрывается.

Дыхание перехватывает, пальцы вонзаются в пуфик. Краем глаза замечаю движение, но резко качаю головой. Адриано тут же замирает в шаге от меня.

По моим щекам текут слезы. Плечи дрожат, а внутри все болит. Боль царапает кости, впивается в легкие, сердце, выворачивает наизнанку. Я никогда никому не рассказывала о том, что случилось в ту ночь. И не могу позволить себя утешить. Я должна прожить это заново. Сама. Должна вспомнить. Каждую деталь.

— Нас с Лео застали врасплох и разделили. – голос срывается.

Удар.

Доминика, беги…

Адриано подхватывает меня на руки. С меня слетают туфли. Пытаюсь вырываться, прошу вернуть на землю, но он не слушает. Держит крепко и вместе со мной опускается на диван. Руками прижимает к себе мое дрожащее тело.