Книга Неталантливая девочка, страница 49 – Олена Бланка

— Одна из. А что? Нравится?

— Не, слишком много краски. Оксану помнишь? — перехожу к делу.

— Какую еще Оксану, братан? И почему я собственно должен ее помнить?

— Октябрь, концерт у тебя здесь, потом ресторан...

— А-а-а, рыжая прилипала?

— Насчет прилипалы не знаю, а вот что рыжая это точно. У тебя есть ее номер?

— Был, но мне пришлось ее заблочить. А то потрахались пару раз, а она потом через месяц давай мне звонить, писать. Прилипала, говорю же. Тебе зачем?

— Надо.

Диктует. Сразу набираю. Идут гудки, потом включается автоответчик. Оставляю сообщение с просьбой перезвонить.

Прощаюсь с Тимуром и сваливаю домой. Хочу успеть на семейный ужин. Я ведь теперь такой правильный.

Только к ночи понимаю, что мне так никто и не перезвонил. А утром, когда снова набираю номер «рыжули», понимаю, что меня заблокировали. Пытаюсь писать через соц сети, но тоже безрезультатно. Я везде в ЧС. С хера ли, интересно знать?

В итоге приходится подключить Архипова. Еще сутки ожидания, и мне на телефон прилетает сообщение:

«Таковая Оксана Викторовна. Год рождения. Адрес регистрации..."

Это Зеленоград, а значит время потрачу очень и очень много. Но надо ехать. Посвящаю этому мероприятию вечер понедельника.

Панельный дом-точка. Но выглядит чистенько. Захожу в подъезд вместе с какой-то теткой. Она смотрит на меня подозрительно. Пока ждем лифт начинает допрос:

— А вы к кому?

— Я в 36 квартиру.

— К Оксанке что ли?

Улавливаю в ее тоне пренебрежение, но подтверждаю кивком головы.

— Ну-ну, еще одень кобель. Мало ей!

Это многозначительная фраза повисает в воздухе. Впрочем, когда открывается дверь 36 квартиры у меня сразу наступает просветление. Первое, что я вижу — это выпятившийся живот, обтянутый черной трикотажной футболкой. И интуиция мне подсказывает, что это не последствия ожирения.

Уперев руки в бока, Оксана встречает меня недоброжелательно:

— Юрасов! Тебе не кажется, что если тебе не перезванивают и не отвечают на сообщения, то это что-то значит?

Аккуратно смещаю ее в прихожую и прикрываю за собой дверь.

— Что ты себе позволяешь? — переходит на повышенные децибелы.

— Тихо, не нервничай. Для ребенка вредно. Я только задам пару вопросов.

— Хорошо. Что тебе?

— Вот какая ты негостеприимная, Окси. Нет бы пригласить в дом, угостить чаем старого знакомого.

— Не настолько ты мне знакомый, чтобы чаи с тобой распивать.

Злюка рыжая. Аж раскраснелась вся. Решаю больше ее не драконить.

— Раз так спешишь, то скажи мне где Алиса, и я сразу уйду.

— Понятия не имею, где она.

— Как же так? Вы ведь подруги?

— Она уехала из Москвы. Куда — не знаю.

— А что знаешь?

— Ничего.

— Вы же подруги!

— Алиса не особо о себе рассказывала.

— Как ее фамилия?

— Без понятия.

— Где она родилась? Когда у нее день рождения? Кто ее родители?

— Фух… Не знаю я ничего! А если бы и знала, то тебе бы ничего не сказала!

— Чего это вдруг?

— Да потому что ты тоже из семейства козлиных! Такой мужчина Алисе точно не нужен!

Обидно так-то. Интересно, она высказывает сейчас собственное мнение, или подружка поделилась впечатлениями.

— Оксана, послушай меня, — сдавливаю пальцами переносицу, пытаясь подобрать правильные слова, — Мне кажется у тебя создалось обо мне какое-то неверное впечатление

— Ну, конечно! Заливай мне тут!

— Я думаю, что у Алисы неприятности. Я переживаю за нее, хочу убедиться, что с ней все в порядке. Помоги, мне, пожалуйста.