Книга Не заигрывай со мной, страница 36 – Алёна Май

— Я там точно усну. – Денис запустил руку в волосы.

Он выглядел изможденным, а я собиралась его добить. Может, подождать?

Как назло, мой телефон замигал, и я с ужасом прочитала сообщение Насти:

«Мила согласна! Ждет тебя завтра. С мамой тоже поговорила, она не против».

Назад дороги не было. Вперед, и только вперед. Я бросила мать в самый ужасный для нее день и сбежала, не оглядываясь, а Денис… переживет. Тем более наше расставание временное.

— Я хотела с тобой поговорить. – Я решительно посмотрела на Дениса. Уже готова была расплакаться, но запретила себе это делать. – Но давай сядем.

— Подожди. – Денис остановил меня. – Пока ты не начала. У меня для тебя кое-что есть.

Мои губы вытянулись в тонкую линию, а пальцы сжали края футболки до хруста. Денис вернулся в коридор и закопошился в сумке, а затем подошел ко мне и положил на столешницу какие-то бумажки.

— Что это?

— Мой подарок тебе на день рождения.

Я сглотнула.

— Знаю, рановато. Но все же… Посмотри.

Я взяла бумаги в руки и развернула. Два билета на балет «Ромео и Джульетта» в Большом театре. У меня онемели пальцы, и начало тошнить, когда я увидела в списке репетиторов балета свою мать. Я прикрыла рот рукой, сдерживая тошноту.

— Ч-что это? – я спрашивала очевидные вещи, но пребывала в дичайшем шоке.

— Я долго думал, что же подарить тебе, – его слова тонули в гуле, который заполнял меня с ног до головы. – А потом один мой коллега предложил это. И я подумал: точно! Майя же балерина, как я не додумался до этого сам!

Денис говорил с таким воодушевлением, что меня начало тошнить еще сильнее. Я закрыла глаза, стараясь держать вертикальное положение тела. Я превратилась в бесформенную массу и норовила упасть и расплескаться по полу.

— Не нравится? – с досадой в голосе спросил Денис.

Я же давилась собственными слезами, не в силах издать даже писк. Всю историю я ему никогда не рассказывала. Причины, по которым я не живу с матерью, знала только Настя. Вот я и поплатилась за свою ложь. У меня открылись глаза на все происходящее. О каких нормальных отношениях могла идти речь, если Денис даже не знал, с кем живет?

— Майя…

Я сжала билеты в руке так сильно, что бумага норовила порваться под натиском моих ногтей. Не в силах сдерживать больше тошноту, я побежала в ванную и даже не успела запереться. Меня вывернуло, хотя особо было нечем. Меня одолевали рвотные позывы, рези в животе и головокружение.

Денис рванул за мной и попытался обнять за плечи, но я его оттолкнула. Я вскинула на него глаза, полные ненависти и боли. Он же ответил испуганным и непонимающим взглядом. Он и не мог понять, потому что ничего не знал. И никогда и не узнает.

— Выйди, – не своим голосом приказала ему.

— Майя…

— Я сказала, выйди!

Я впервые повысила на него голос. Впервые выразила злость и обиду.

Я хотела побыть одна. Мне осточертело от кого-то зависеть. Сначала от мамы, затем от Дениса. Мне нужно было научиться дышать самостоятельно.

Жить, я хотела жить, а не существовать. Эти гребаные билеты всколыхнули во мне ворох чувств, которые я душила в зародыше. Чтобы не было больно, чтобы не обжигаться.

Мне было очень жаль себя. А Дениса – еще больше. Достаточно долго получалось играть роль примерной девочки, но все это перестало входить в круг моих интересов. Одна за другой костяшки домино выстраивались в слово «ХВАТИТ».