Книга Личный дневник (пьяной) влюблённой провидицы, страница 81 – Алёна Май

Я была зла на себя за этот поступок, который не имел никакого оправдания. Паренек прошел мимо и поднял свои брюки с пола.

— Ладно не смотри такими ошарашенными глазами. Ничего не было, но тебе следует получше следить за тем, кого пускаешь к себе домой.

— Я провидица, если бы ты был маньяк, я бы об этом знала.

Парень посмеялся и сказал, что что довольно удобно.

— И часто ты проверяешь так парней?

— От случая к случаю.

— Забавная. Не хочешь вместе позавтракать?

— Нет. Одевайся и уходи поскорее.

— Понял-понял. Не нервничай.

Убежала в спальню, переоделась и вернула нарушителю моего пространства рубашку, побыстрее выпроводив того за дверь. Признаюсь, что за последние четыре года многое изменилось и у меня появилось еще несколько дурных привычек. Например, в пьяном состоянии цеплять парней и творить с ними всякие непотребства. Минусом было то, что на утро я почти ничего не помнила. Тело жаждало тепла и ласки, а голова была в отключке. А все из-за этого урода — Тобиаса Бергмана. Когда думаю о нем, сразу хочется напиться и забыться.

Если раньше я выпивала, чтобы заглушить хаос в голове, то сейчас я вполне контролирую свою магию. Я стала сильнее, спокойнее, выносливее. Но это не касалось алкоголя, “Неубиваемая Ленар” стала смертной. Но я выпустилась из Академии с шестым уровнем! Родителей переполняла гордость, когда я получала лицензию. А меня переполняла злость, она была двигателем того самого прогресса.

“Но именно из-за него ты и достигла таких высот. Неблагодарная!” —ворчало подсознание.

“Не защищай его. Он проехался по мне как бульдозер, оставив только сорняки,”— спорила я сама с собой.

“Не преувеличивай. Ты просто злишься и отказываешься принимать действительность. Тобиас помог тебе принять свои страхи.”

— В конечном итоге, он отверг меня.

И до сих пор его голос сидит в голове и тихо зовет полным именем. Спор с подсознанием никогда не приводил к тому, чтобы я, наконец, призналась, что сама придумала себе его интерес. Он всего лишь поиграл с моими хрупкими девичьими чувствами, хотя знал, как болезненно я переживала из-за того, что парни выбирали не меня. Он один знал об этой моей боли, которую я прятала ото всех. Даже Ваня и Грег, хоть и были свидетелями, но никогда не придавали этому большое значения, а я не жаловалась.

Магический шар перестал быть шаром, теперь он представлял из себя прямоугольный прозрачный камень, обрамленный железом и называли мы его в простонародье “Коннектор”. Так вот этот самый коннектор хотел меня явно убить, потому как громко и противно и очень противно пищал.

— Ну и как дела у нашей алкоголички?

— Если ты звонишь, чтобы поиздеваться, Фрея, то давай “до свидания”.

— Ну уж нет! Ты была вчера звездой! Такого я еще не видела. Ты превзошла все мои ожидания.

— Жива я. И нет, с тем барменом я не спала, если тебя только это интересует.

— Черт, а я хотела пикантных подробностей.

— Не дождешься. Какие планы на сегодня?

— Вит, прости. Я знаю, что обещала тебе прогуляться, но я уже уехала. В магазине совсем аврал, еще и Каспия заболела.

После выпуска из Академии мы разъехались, кто куда, но только Фрея осталась в городе, открыв с одногруппницей на пару небольшой магазинчик с зельями. Грег то тут, то там, куда пошлют. Тина, Иван и я перебрались в столицу — в Скайлайт. Я занимала должность реставратора артефактов в музее, и периодически даже виделась с сестрой Леона — Кассандрой.