Книга Мой босс... Козел!, страница 58 – Елена Северная

Я сделала вид, что расслабилась, пустила его язык к себе в рот, а затем мстительно укусила. Мишка взвыл, а у меня на губах появился солёный привкус свежей крови.

— Дура! — заорал он, резко отпрянув от меня и, тем самым, сильно дёрнув за волосы. — Пожалеешь! Приползёшь ещё!

Скандалить в лифте — плохая идея. Я злорадно улыбнулась, так как он остановился на моём тридцать шестом этаже, а тут Зорин орать не посмеет. Он же не враг себе — скандалить с новой любовницей босса, как это про меня думает, недалеко от приёмной.

Двери мягко отворились, выпуская на свободу. Краем глаза заметила, что Зорин прижимает к губе бумажный платок. Мелкая пакость, — а приятно-о-о-о! Никогда не замечала за собой такое, но, видно, здешняя офисная атмосфера так на меня влияет. Так или иначе, но настроение снова поползло вверх, и я, горделиво выпрямив спину, поцокала на рабочее место.

Тогда я не придала значения произошедшему в лифте. А зря. Оно аукнулось буквально через несколько дней. И довольно подло. Так, что казалось, земля ушла из-под ног.

* * *

Босс вернулся в офис уже перед окончанием рабочего дня. Зашёл в приёмную, остановился около моего стола и положил на него бумаги.

— Прости, — сказал он, помолчав. — Был неправ. Даже сам от себя такого не ожидал.

Я пожала плечами, — вроде, как принимаю извинения, — и указала глазами на бумаги:

— Что это?

— Это — мои извинения, — улыбнулся шеф уголком губ. Видя, что я продолжаю не понимать, пояснил: — Это разрешение органов опеки на то, чтобы Санька жил у меня. Официально опеку оформить сейчас никак нельзя. Нужно сначала решение суда об ограничении матери в родительских правах.

— А разве она не была ограничена?

— Нет. Просто бабушка оформила разрешение на место жительства внука у себя, а в родительских правах мать не ограничивали. Сейчас бабушка умерла. Санька, по идее, должен был вернуться к матери. Но, как видишь, она решила сбагрить его к отцу.

— Постой, — я никак не могла уловить смысл, — но ведь отца у мелкого нет по документам!

— Вот на этом опека и будет строить свой иск, — босс по-хозяйски развалился в кресле для посетителей. — Фактически, мать бросила Саньку. Уехала со своим новым мужем или любовником, хрен поймёшь, в Голландию, а мальчишку оставила, считай, на улице.

Я взяла заветные листки как лучший подарок.

— Как же удалось тебе это? — прижала их к груди. — Опять деньги?

— Не совсем, — вздохнул шеф. — Удивлён, но опека не зря ест свой хлеб. Они два часа меня мурыжили: и домой я их привозил, и с Анной Марковной разговаривали, и с Санькой беседовали. Конечно, я им на маслице для хлебушка дал, но начальница только тогда подписала бумаги, когда удостоверилась, что мальчику будет у нас хорошо. Только вот один нюансик образовался.

— Какой?

Вот нутром чувствовала, что не так всё гладко! И пожалуйста, — нюансик!

— Опеку могут получить только родственники или семейная пара. Пришлось сказать, что мы с тобой женимся. Санька подтвердил. Анна Марковна, прямо расцвела от такой новости, и вцепилась в Саньку, как в родного. Разрешение дали только на три месяца, и каждую неделю к нам домой будет приходить комиссия.

Мда. За три месяца нужно что-нибудь придумать. А, — мысленно махнула рукой, — где наша не пропадала! Главное, что одновременно вопрос со школой решился! Теперь можно парнишку пристроить на законных основаниях.