Книга Красная помада и последствия, страница 11 – Елена Северная

— Ну, пол-то как раз выдержит, — изрекла дама и пустила в нашу сторону колечко дыма. — А она не храпит?

— Полька, ты храпишь? — шёпотом спросила блондинка.

Плюнув на то, как меня воспитывала бабушка, я вышла вперёд, сложила руки на животе и протараторила:

— Я не храплю, сплю тихо, аллергии на животных нет, котов люблю, питаюсь три раза в день, к туалету приучена!

Сзади хрюкнула Ольга. В глазах у дамы отразился интерес.

— Олэчка, я всегда за похохотать, но это чудо с пятым размером достопримечательностей верхнего тела явно знает в этом толк. Я согласна. Пусть остаётся. Но жить будет в твоей комнате. Марсику нужна отдельная жилплощадь!

Кот, услышав своё имя, оживился, принялся принюхиваться, а затем и вовсе плотоядно облизнулся. А у меня сработал рефлекс — желудок, посмотрев глазами на голове, издал жалобный вопль голодающего.

— Тётя Роза, а ещё Полина в кафе работала! — сообщила Ольга, надеясь добавить очко в мою пользу. — Она очень вкусно готовит!

— И шо, такое сокровище до сих пор не поймало в свои сети того, кто чётко выговаривает слово ЗАГС? — тонкая нарисованная ниточка одной брови с удивлением поползла вверх.

— Сети попадались с большими дырками, — вставила и я свои пять рублей. — Ускользали, поганцы.

— О! — дама подмигнула. — Олэчка, она таки и поговорить может!

— А я мойву купила! — Ольга потрясла пакетом. О, так вот к чему принюхивалась усатая морда! Он учуял запах рыбы. — Сейчас мы её пожарим! — и красноречиво посмотрела на меня.

А я что? Мойва, так мойва. Да я её сейчас так приготовлю, что за уши не оттащишь. Лучше всяких ресторанных деликатесов. Ольга отнесла пакет на кухню, а потом под строгим оком квартирной хозяйки повела меня в свою комнату.

— Давай, быстро переодевайся и на кухню, — скомандовала она. — Повезло, что тётя Роза уважает хорошо покушать и выпить. Если удастся угодить, считай, ты в шоколаде. Я сама пробилась в её квадратные метры с бутылкой домашнего грузинского вина десятилетней выдержки.

Ясно. Начну покорять Москву с желудка тёти Розы.

— Она давно из Одессы?

Уж одесский говор во всём мире известный, ни с чем не спутаешь.

— Давно, — прошипела Ольга, влезая в домашний спортивный костюм. — И смотри! У неё муж был профессор медицины. Хирург. Какой-то там шишковитый. Она им очень гордится. Имей в виду.

— Ага.

Костюма у меня не было, только халат. Его я и надела.

Кухня поражала своей функциональностью. Столько всяких прибамбасов! Вот, что значит, иметь мужа профессора! Сам кухонный гарнитур растянулся вдоль стен широкими столешницами, на которых уютно устроились кофемашина, микроволновка, мультиварка, хлебопечка и сэндвичница. Сквозь стеклянные двери навесных шкафов проглядывались миксер, комбайн, и ещё какие-то аппараты. Это мой намётанный глаз сразу просёк. Ну, ладно. В настоящий момент меня больше интересуют сковородки. Ольга показала на один из шкафов. Я его открыла и чуть в обморок от счастья не упала — столько сковородок! От маленькой блинной до глубокого казана. Держись, тётя Роза! Если не выгонишь, я тебе такой плов сварганю, словно из богатых баранами степей Узбекистана привезли! Выбрала глубокую сковородку с толстым дном.

— А крышки? — тут я немного растерялась. Мне позарез нужна крышка на эту сковородку! Иначе всю квартиру наполнит рыбный дух, который потом фиг выветрится.