Книга Красная помада и последствия, страница 15 – Елена Северная

Он благосклонно принял мои восторги, даже посмотрел с благодарностью и важно принялся завтракать.

— Ну его, — отмахнулась соседка. — Голова болит жутко. Чтобы приготовить на скорую руку?

* * *

— А что есть из продуктов? Давай, я приготовлю.

— Посмотри в шкафах, — выдохнула она, явно довольная, что спихнула тяжкий груз готовки со своих плеч.

Я полезла с инспекцией в шкафы и в холодильник. Продуктов было завались. Видимо, Роза Марковна не экономит на себе, любимой. А мне и на руку. Не надо голову ломать, как из ничего конфетку сделать. Тем более, голова и у меня болит. Не мешало бы таблетку выпить, но на голодный желудок не рискую. Потом голова пройдёт, а желудок примет эстафету, ещё с удвоенной силой. Я все таблетки пью после еды или во время еды.

— Ну, что, определилась? — поинтересовалась блондинка с отстранённым выражением лица, которое было очень обманчивым. Горящие любопытством глаза выдавали крайнюю заинтересованность.

— Ага, — я вытащила из шкафа муку, а из холодильника молоко и яйца. — Сейчас быстренько блинчиков нажарю.

— О-о-ой, это долго, — поморщилась она.

— Долго, если не умеешь! — я горделиво подбоченилась. — А я сейчас за полчаса целую гору напеку.

И принялась за дело. Перво-наперво, подогрела в микроволновке молоко. Блинное тесто любит тепло. Молока всего-навсего оставалось полбутылки, значит больше трёх яиц не нужно. На это количество молока нужно где-то две столовые ложки сахара, — ведь я хотела блинчики сладкие, к завтраку, с вареньем, — и четвертушку чайной ложки соли. Соль обязательно, даже если блинчики планируются сладкими. Так вкус лучше и ярче. Вилкой разболтала яйца с солью и сахаром и добавила половину тёплого молока. Попробовала на температуру. Чуть прохладная смесь, это из-за того, что яйца холодные, но остальное молоко сделает её теплее. То, что нужно. Только я молоко сразу не стала добавлять. Высыпала стакан муки и размешала, чтобы комочков не было. Густое тесто всегда легче перемешать до однородности, а вот теперь и остальное молоко можно долить. Получилось прекрасно. И муки не надо добавлять и воды. Тесто жиденькое, из такого получаются тоненькие блинчики. Оставлю минут на десять, пока сковорода разогреется, заодно и масло сливочное достану.

Ольга наблюдала молча. Только языком цокала. Марсик, доев свою утреннюю пайку, тоже устроился на стуле, таращил на меня свои жёлтые глаза, внимательно наблюдая за передвижениями по кухне.

Сковорода разогрелась. Перемешала ещё раз тесто, добавила две столовые ложки растительного масла в тесто, и капельку на сковородку брызнула. Это чтобы первый блин не пристал, а уж потом того масла, что в тесте будет достаточно. Всё. Можно приступать к жарке.

Под уютное гудение вытяжки и потрескивание теста, когда его выливала на сковородку, дело спорилось. Горячие блины переворачивала на тарелку, а Ольга лениво водила по ним кусочком масла. Оно плавилось от блинного жара, впитывалось в дырочки и кружевные края, а излишек стекал матовыми каплями.

Кофеварка уже минут двадцать как ждала, когда её освободят от кофе. Ну ничего. Самое то. И сам напиток настоится, и не будет таким обжигающе горячим.

Вылив последнюю порцию теста на сковородку, я быстро ополоснула миску из-под теста, вилку, выкинула пустую бутылку в мусорное ведро, а тут и блин полупоспел. Перевернула на другую сторону, пока он допекался, достала нам с Ольгой по чашке, разлила ароматный кофе. Мда. Сделала глупость — молока не оставила для кофе. Ну, ладно. И чёрный тоже хорошо. Особо после вчерашних возлияний.