Книга Звезды в его глазах, страница 115 – Юлия Лисовская

Эрик

При входе в дом мне сразу ударил в нос запах горелого. Испугавшись, что я забыл что — то утром на плите, с колотящимся сердцем влетел на кухню и увидел весьма интересную картину. Помещение напоминало передачу по кулинарии, где команды соревновались на время в приготовлении блюд, примерно такой же кавардак тут присутствовал. На плите возвышалась кучка чего — то уныло — черного и слегка дымилась. Я так понимаю, это и был источник запаха. И королевой этого царства была моя Мелочь, которая возвышалась сейчас над всем этим, стоя на барном стуле. Увидав, как она потянулась к верхней полке, а стул под ней зашатался, я, не издав и звука, резко бросил цветы и печенье, моментом подлетел к ней и схватил за ноги. Совсем не хотелось, чтоб эта милая акробатка распласталась на полу. Но, каюсь, напугал. Да, надо было хоть что — то сказать, прежде чем хватать за ноги. Ну, наверное, что произошло дальше, было закономерно. Джулия громко вскрикнула и уронила то, что до этого сжимала в руке. И, конечно же, пакет муки приземлился не куда — нибудь, а прямо мне на голову!

— Эрик, ты чего пугаешь! Ой. — испуганно пискнула девушка.

Все так же держа ее за ноги, я поднял голову. Джул, еле сдерживая улыбку, виновато смотрела на меня сверху.

— И я рад тебя видеть, мое любимое персональное наказание. — мой громкий чих раздался в тишине кухни.

Мука обсыпала меня с головы до ног. Чихнув еще раз, снял кулинара со стула и плавно опустил на пол. Джулия прижалась ко мне, и ее плечи затряслись от смеха. Обняв ее и погладив по шелковистым волосам, улыбаясь, спросил:

— Можно поинтересоваться, а что, собственно, тут произошло?

Девушка отстранилась и взглянула на меня своими медовыми глазами. Теперь и она стояла испачканная мукой. Я заулыбался еще шире.

— Ну, слушаю.

— Понимаешь, мне захотелось порадовать тебя выпечкой. Но тут зазвонил телефон, и я так увлеклась разговором с Ксю, что забыла про пирог — и Джул показала на черную дымящуюся кучку.

— Это и есть пирог?

— Да, с яблоками и корицей.

Многозначительно покачав головой, я продолжил:

— Я люблю такой пирог. Спасибо большое!

— Рада была стараться. — обвела рукой кухню Мелочь.

— Но ты не обидишься, если я не буду его пробовать, любимая. Как — то вот сейчас нет аппетита.

— Да, конечно. Какие обиды, любимый. Мне кажется, этот пирог надо спрятать. Куда? Наверное, в мусорное ведро.

— Да, ты абсолютно права. И формочку не забудь туда же спрятать, дорогая.

— Как скажешь, дорогой.

И мы звонко рассмеялись, до слез и колик в животе.

— Я сейчас все уберу, — отсмеявшись, произнесла Джул.

— Подожди меня, сейчас переоденусь и помогу тебе.

— Ой, чуть не забыла. Дэв просил тебя перезвонить, номер я записала. Он на тумбочке, возле телефона.

— Ок. Мелочь, тебе бы тоже не помешало переодеться. А то и с тебя мука сыпется, как со сдобной булочки. — Стягивая с себя футболку и вытирая ею лицо, улыбаясь, сказал я.

Джулия

Эрик задрал футболку и, как в фильмах для взрослых, начал медленно снимать ее с себя, оставаясь передо мной в одних джинсах. От увиденного перехватило дыхание. Тело с четко очерченными мышцами, широкий разворот плеч, узкие бедра, косые мышцы живота клиньями уходящие вниз и дорожка черных волос, спускающихся от пупка к… Ой, мамочки… Подняв взгляд и столкнувшись с его искристым взглядом и улыбкой Чеширского кота, моментом почувствовала, как краска прилила к моим щекам. «Он понял, на что я так пялилась», пронеслось у меня в голове