Книга Звезды в его глазах, страница 19 – Юлия Лисовская

На ощупь он напоминал мягкое облачко, обернутое в шершавую лоскутную шубку. Взгляд его больших глаз казался суровым и, в то же время, несчастным. Я подалась первому порыву и прижала его к себе. На бирке, прикрепленной к лапе, было написано «Привет, меня зовут Гризли. Давай дружить!» Нет, обратно не положу. Мне определенно нужен этот злюка с милой заплаткой в виде сердца на груди!

— Пойдем за печеньем, Гризли. — прошептав на ухо медведю, направилась к полкам со сдобой.

Подойдя к прилавку, я поняла, что осталась последняя пачка и стоит она на самом верху.

Вздохнув от несправедливого отношения к коротколапым, начала оглядываться в поиске хоть чего — нибудь, что помогло бы мне достать вожделенную пачку. Что, прикажете мне карабкаться по полочкам? Только я встала на мысочки, как меня накрыла большая тень. Опрокинув голову назад, я поняла, что за мной встал очень высокий парень и тянет свою лапу к моему печенью. Я аж замерла от такой наглости! А он, не замечая меня, взял пачку и собрался уходить!

Моментом крутанувшись на месте, я крикнула:

— Эй, мужчина! Вы мое печенье забрали!

Человек — гора медленно обернулся и уставился на меня, не мигая. Мне захотелось спрятаться от его взгляда, и я интуитивно прижала игрушку к себе, как бы ища защиту у нее.

Столько эмоций промелькнуло на лице у незнакомца! Ледяной холод безразличия, удивление, злость, раздражение, — и после этого опять его черные глаза наполнились холодом.

Преодолевая страх, я подошла к нему близко и, указав пальцем на печенье, выдавила:

— Мое, — пытаясь схватить пачку.

Парень резко поднял руку вверх, и сдоба оказалась на недосягаемой для меня высоте.

— Мелочь, отстань. Мне не до тебя. — низким голосом проговорил человек — гора.

— Что? Я не мелочь! Ты чего обзываешься! — во мне закипала злость.

— Я не обзываюсь, а констатирую факт. Отстань, ме — лочь. — по слогам сказал незнакомец и пошел прочь.

От такой наглости у меня аж дыхание сперло.

— А ты… а ты… Гризли двухметровое! — брякнула первое, что пришло на ум.

Парень, не останавливаясь, кинул взгляд через плечо и одарил меня такой ухмылкой, что мне дико захотелось кинуть ему в его широченную спину банку с консервированными персиками, что стояла на стеллаже рядом. Вот так мне испортили настроение и оставили без печенья...

Ну я хоть была не одна и домой возвращалась с лоскутным мишкой, бережно прижимая его к себе.

Эрик.

За много лет я уже привык к ночным кошмарам. Они не пугали, а, скорее, нагоняли дикую тоску и чувство безысходности. А утру я радовался всегда. Не важно, светило ли солнце или лил дождь, просто начало нового дня вызывало ощущение свободы. Ночь я мог сравнить с погружением в глубины вод, чем дальше от поверхности, тем меньше света и тепла. Темнота медленно, как бы пробуя меня, начинала обволакивать. И вот, поняв, что я полностью в ее власти, — натиски тьмы усиливались. И это уже не объятия, что можно было бы сравнить с прикосновением нежной любовницы, это хватка монстра, что огненным обручем сжимала грудь. Казалось, воздух заканчивался в легких, и они уже начинали гореть. Холод и мрак брали верх. Но приход утра резко выдирал меня из этих адских тисков. Глубокий вдох, и вот снова воздух наполняет легкие, горячая кровь бежит по венам. Ощущение свободы накрывает с головой.