Книга Звезды в его глазах, страница 79 – Юлия Лисовская

И вот я вижу уже даже можно сказать привычное суровое лицо парня. Брови сошлись, глаза сверкают, ноздри раздуваются, губы сжаты в линию. А у меня от всего этого сразу мороз по коже.

— Прекрати! — прошу я.

Лицо из сурового становится мягким, нежность появляется в черных глазах.

— Что именно неприятно? — возвращается к разговору парень.

— Все это, — машу я руками.

— Да? — насмешка скользит в его голосе, — а тело твое говорит об обратном.

Кольцо рук, что до этого так крепко держало меня, исчезает и я чуть не падаю на землю, так как ноги еще не совсем слушаются меня. На это на все Эрик хмыкает и, скрестив руки на груди, лукаво смотрит.

— А это по тому, по тому, — судорожно пытаюсь оправдать поведение своего тела, — что я другого представляла.

Ну надо такое ляпнуть!

— И кого же? — ухмылка появляется на красивом лице, — может, художника?

— Может! — резко отвечаю я.

Ох, Джулия, тормози на поворотах! Могла и Бреда Пита назвать, дурында.

— Вот это красота! — раздается голос Кристиана.

Как не вовремя он нас нашел.

— Смотри, сам пришел. И представлять ничего не надо. Удачи, Мелочь! — хлопнув по плечу и резко развернувшись, Эрик ушел.

А я стояла и смотрела ему вслед. Может, стоило с ним поговорить? Что он там хотел сказать? Да ничего! Сенди все уже сказала. А он такой же любвеобильный, как и Ник. Лапша на ушах мне больше не нужна!

— Он тебя не обидел? — берет меня за руку Крис.

— Нет, все норм, — натягиваю улыбку на себя.

— А что у тебя с пальцем?

— А, порезалась, но уже не больно. Пошли к нашим, — потянула я Кристиана за собой.

— Хорошо, принцесса. Надо сюда вернуться, когда стемнеет. Этот — машет головой в сторону ушедшего Крис, — про звезды говорил. Что их отсюда прекрасно видно.

Я ничего не ответила. На звезды мне хотелось смотреть с Эриком, а не Кристианом. Ну вот почему я такая глупая? От злости на себя мне аж плакать захотелось!

В течение дня Эрик мне больше слова не сказал, только один раз подошел и протянул ягоды земляники, нанизанные на травинки, и со словами «Это тебе, Мелочь» сверкнул глазами и опять начал делать вид, что мы незнакомы.

Когда солнце стало медленно клониться к горизонту, а небо покрылось бордово — розовыми разводами, погружая лес в царство лиловых теней, налетел весьма прохладный ветерок. Поежившись от его прикосновения, которое казалось пробралось под самую кожу, подумала, что зря не взяла более теплую кофту. Ночью, наверное, будет совсем холодно. Вот я попала! От моих печальных мыслей меня отвлек командный голос.

— Мелочь, руки подними!

— Что?

— Подними, говорю, руки!

— Зачем?

— Слушай, хватит задавать глупые вопросы. Пока ты тут совсем не посинела и клацаньем зубов не разогнала все живность в лесу, надень это.

И тут я заметила, что Эрик сжимает в руках свое худи.

— Спасибо за заботу, но мне не холодно, — зачем — то включила я свое упрямство.

— Живо подняла руки! — вдруг резко рявкнул парень.

Мама дорогая, я аж от испуга вздрогнула, но ослушаться не посмела и, хлопнув глазами, молча подняла руки вверх. В этот момент мне захотелось сказать «сдаюсь», но я решила промолчать. Эрик аккуратно начал одевать меня, как маленькую. Его худи оказался теплым и мягким. Оно было мне очень большим и доходило практически до колен, а рукава заканчивались вообще непонятно где. Все это дарило ощущение пледа, в который меня закутали, как в кокон. Дурманящий аромат горькой полыни с нотками ванили, исходящий от худи, моментом вскружил мне голову. Прижав к себе руки, зажмурившись, как кошка в солнечных лучах, я засияла блаженной улыбкой. Как мне стало хорошо! В этот момент на меня натянули капюшон.