Книга Второгодка. Книга 9. Вечно молодой, страница 59 – Дмитрий Ромов

Мужик с круглыми глазами моргнул, как сова и продолжил сверлить меня взглядом.

— Это дедушкин старый друг, дядя Саша, — показала Ангелина на суслика, а это его жена, тётя Люся. А эти тарелки для тех, кто сегодня до вечера будет приезжать с поздравлениями и подарками. Кстати, подарки там.

Она махнула рукой в сторону большой ёлки, установленной в гостиной. Под ней лежала целая куча свёртков, обёрнутых яркой бумагой.

— Проходи, садись рядом со мной. На родителей не обращай внимания, они по жизни неразговорчивые.

— С Евгением Максимовичем мы встречались на твоём дне рождения, — улыбнулся я. — Мне очень приятно со всеми познакомиться, я всех поздравляю с Новым годом и желаю благополучия и здоровья.

— Успеешь ещё, — усмехнулся Ширяй. — Поздравишь. Не переживай, слово тебе предоставят.

Ангелина сидела по правую руку от деда, дальше было свободное место для меня, рядом со мной располагалась мама Кристина, потом папа Максим, немигающий филин Вася и немолодой сурок с супругой. Все сиддели по одну сторону стола, лицом ко входу в комнату. А противоположная сторона была оставлена, как я понял, для остальных гостей, временных.

Я сел между Ангелиной и её матерью, по-прежнему изучавшей свою пустую тарелку.

— Рад познакомиться, Кристина Глебовна, — кивнул я и улыбнулся.

Она не поворачивая головы тихо процедила сквозь зубы:

— Ещё один убийца в семье. Кто бы сомневался…

— Дорогая! — дёрнулся депутат Нащокин, но она не отреагировала.

Кажется, находилась она здесь совсем не по своей воле. Начали подавать еду, расставлять перед гостями тарелки.

— Это, — объявил Ширяй, тушёная в портвейне груша, рукола и свежий козий сыр. Посыпано кедровыми орешками. Восхитительно. Но я сегодня пропускаю. Наслаждайтесь и попробуйте только сказать, что это не вкусно. Кстати, оливье приготовлено точно по историческому рецепту с рябчиками, раковыми шейками, телячьим языком, каперсами, домашним майонезом и всем вот этим. Эдмон сегодня расстарался. Так что давайте, налегайте.

— Это дедушкин повар, — пояснила мне Ангелина. — Француз, весь в мишленовских звёздах с головы до ног.

На столе уже стояли блюда с салатами, с холодцом, с пирогами, соленьями и другими разносолами. Перед Васей возвышался запотевший графин с водочкой, перед остальными — бокалы для шампанского. Обслуживали два сноровистых парня. Один из них сразу же налил мне треть бокала.

— Ну что, позвольте мне на правах старшего, — сказал Ширяй и поднял бокал с оранжевой жидкостью, — поздравить вас, моих самых близких людей, с наступившим Новым годом. Сегодня в моём бокале не вино, а морковный сок. И еда моя сегодня приготовлена на пару. В ней нет страсти, в ней нет крови, и она не похожа на еду дикаря, которым я был всю свою жизнь. Но, как выясняется, жизнь так хороша, что ради неё даже дикари соглашаются давиться паровой брокколи. Я хочу пожелать и вам, и себе, чтобы мы не парились над тем, что у нас в тарелках, а оставались и в этом году и во всех последующих людьми с дикими сердцами и холодными головами. У нас в наступившем году ожидается большая радость. Ангелина решила привести в нашу семью ещё одного дикого и неудержимого человека. Надеюсь, это решение принесёт нам всем ещё большие радости, и эти молодые дикари наплодят нам множество маленьких мальчиков и девочек, которые продолжат наш путь и будут прогибать этот жестокий и хищный мир под себя. С Новым годом!