Онлайн книга «Дом с неизвестными»
|
* * * Допрашивал Егоров, у которого общение с криминалом всегда получалось результативным. Впрочем, сегодня «криминал» особенно не упирался. Старцев был готов к тому, что Мирзаян начнет юлить, всячески выгораживать себя. Дескать, ничего о содержимом не знаю, сейф нашел пустым в ничейной квартире, вот и решил прибрать к рукам, чтобы добро зазря не пропадало. На этот случай в качестве свидетеля имелся штукатур Макура, заявивший, что сейф во время транспортировки с третьего на пятый этаж был чем-то наполнен. Это раз. Во-вторых, в кармане Егорова в спичечном коробке покоилась новенькая золотая сережка. Маленькая, но все-таки улика, требующая соответствующих объяснений. В-третьих, окончательно добить заместителя наркома должен был вопрос о стоимости обстановки и хранившихся в его квартире вещей. Сотрудникам МУРа ничего не стоило отправить официальный запрос в финансовые органы Наркомата пищевой промышленности о заработках и денежных премиях Мирзаяна. Одновременно они могли привезти в квартиру штатного эксперта по оценке материальных ценностей и через несколько часов сопоставить полученные цифры. Все это в ближайшие дни, безусловно, будет исполнено следственной бригадой, которой поручат вести это непростое дело. А сейчас оперативники для получения нужной информации имеют полное право припугнуть данной процедурой Мирзаяна, если тот проявит несговорчивость. Была и четвертая, крайняя мера против упрямства арестованного зама наркома — та самая пресловутая «оперативная необходимость», о сути которой Старцев с Егоровым намедни растолковывали Сашке. Применительно к Мирзаяну она заключалась в том, что пропавшее из сейфа золото оценивалось в колоссальную сумму. В тяжелейший послевоенный период для нашего государства имел значение каждый лишний рубль. А их — лишних рубликов в стоимости пропавших золотых ювелирных изделий — набиралось очень много! Однако все опасения Старцева оказались напрасными. Трясущийся от волнения и страха Мирзаян начал говорить сам. * * * — …Клянусь, я ведь понятия не имел, что внутри этого сейфа лежат ценности, — слегка заикаясь, лепетал он в свое оправдание. Он хотел казаться искренним, но на лице его лежала тяжелая тень. — Сейф! Меня интересовал сам сейф! Видите ли, когда я жил и работал в Ереване, в моей квартире тоже стоял сейф. Правда, меньшего размера. И, поверьте, это было очень удобно! Закончил править документы, убрал их на полку сейфа, запер дверцу, и можно быть спокойным за их сохранность. Никто до них не доберется, никакой воришка не вынесет из дома сейф — он тяжелый и неудобный… Задав очередной вопрос, сыщики спокойно выслушивали пространные ответы, не торопясь останавливать арестованного. Зачем? Пусть плещет красноречием. Вдруг проскочит что-то важное. Лишь изредка Старцев или сам Егоров слегка подправляли течение его мыслей. — Скажите, кто помог открыть сейф после того, как он оказался в вашей квартире? — Есть один добрый человек. В хозяйственном управлении нашего Наркомата служит некий товарищ со странной фамилией Яньшин. Я обратился к нему. У него много разных знакомых… Он и подыскал мне мастера по сейфовым запорам. — И как же этот мастер отреагировал, обнаружив внутри столько золота? Мирзаян смутился: — Я сказал ему неправду. Дескать, потерял ключ и нужно лишь отпереть замок. Поэтому, повозившись с замком, открывать дверцу он не стал. |