Книга Девятый круг, страница 43 – Валерий Шарапов

Михаил не стал мучить человека, задал еще несколько вопросов и ушел. День был не резиновый.

Дама из отдела автоматики оказалась особой непростой. Таким под руку лучше не попадаться. Она разносила в пух и перья подчиненного и не видела, как в помещение вошел посторонний. Подчиненный был в нескольких шагах от пенсии – морщинистый, седой, стоял, опустив голову, как провинившийся школьник, выслушивал в свой адрес нелестные характеристики. Дама средних лет, крепкая в кости, в просторном деловом костюме, скрывающем странности фигуры, кипела от бешенства.

— Что, Владимир Романович, плохо быть бестолковым? Посмотрите, что вы натворили! – У нее был хорошо поставленный «ругательный» голос. – Или не сказано русским текстом в спецификации, какие приборы устанавливаются на этот узел?! Что вы сочиняете? А если бы я не проверила? Вы понимаете, что исправить эту ошибку уже невозможно, и с вашей легкой руки наше изделие полетит не в цель, а будет виться кругами, пока не свалится в море! Ну просто Новый год! Ваша ошибка уже перетекла на соседние узлы, заражает изделие, как раковая опухоль! Это немыслимо, Владимир Романович, что я буду докладывать руководству?! Это не просто вредительство, а вредительство высшей пробы! Браво, Владимир Романович!

Провинившийся работник пытался оправдываться – дескать, не все так плохо, нужно посидеть всего лишь несколько часов, и все прекрасным образом встанет на свои места.

— Думаете, я спущу это на тормозах – в силу вашего преклонного возраста? – бушевала дама. – Черта лысого, Владимир Романович! Идите, исправляйте свои детские ошибки, видеть вас больше не хочу! И не думайте, что о ваших успехах не будет сообщено главному инженеру!

«Грозная, – подумал Михаил. – У такой за сапогами не сбегаешь».

Красный, как рак, опозоренный при всем народе работник выскользнул из кабинета, бормоча под нос: «Да чтоб тебя рейсшиной по башке, дура…»

Дама уничижительно посмотрела ему вслед, сделала нормальное лицо и пожала плечами: мол, что это я? Видимо, просчет, допущенный сотрудником, не был таким уж фатальным. Она села за стол, к которому был приставлен другой, оснащенный доской и сложным чертежным приспособлением, и все это вкупе напоминало небольшую зенитную установку.

Внешность дамы тоже была непростая. Резкое широкое лицо, тонкие губы, волосы она красила в пронзительный цвет воронова крыла. Возможно, в юности она была другой, но потом что-то изменилось, и теперь назвать эту женщину привлекательной решился бы далеко не каждый.

Она вскинула голову, нахмурилась, реагируя на приближение незнакомца.

— Мышковец Галина Сергеевна? Комитет государственной безопасности, майор Кольцов. Мы можем поговорить?

Она не испугалась: давно перешла ту грань, когда пугаются. Но сделалась другой – смягчилась. Вокруг стола образовался вакуум – все живые существа незаметно испарились.

— Да, я вас жду, – кивнула женщина. У нее был ломкий, насыщенный голос – тоже на любителя. – Присаживайтесь, товарищ, слушаю вас. О чем вы хотели поговорить?

— Я на минутку, – уверил Михаил.

Большего и не требовалось. Вся экстравагантность прошла, остался обыкновенный человек. Ей было досадно, что «товарищ» застал ее не такой – это читалось невооруженным глазом. Но как себя вести с таким контингентом? В глубине карих глаз затаилась грусть. И это было странно. Ответы на вопросы не отличались от того, что Кольцов уже слышал. Смерть Запольского – невосполнимая утрата. Убийство – еще хуже. Но это же не связано с его работой, верно? Наша милиция – лучшая в мире, преступник получит по заслугам. Завтра проводы в последний путь, она обязательно пойдет отдать дань хорошему человеку.