Книга Секретная часть, страница 86 – Валерий Шарапов

Он, видимо, попал в незащищенное место. Генерал явно выражал недовольство. Неприятностями он себя уже обеспечил – если выяснится, что шпион действительно существует.

— Сколько времени вам потребуется, майор?

— Не могу знать, товарищ генерал-майор. Постараемся все сделать быстро. Рассчитываю на три-четыре дня. Мы уже имеем круг подозреваемых.

Генерал поморщился. Он был немолод, рассчитывал без потрясений дожить до пенсии, поселиться с семейством в каком-нибудь уютном уголке Союза. Откуда взялся этот майор – да еще из другого ведомства?

— Постарайтесь закончить за три дня, майор… и держите меня в курсе.

— Спасибо, товарищ генерал-майор, непременно буду держать вас в курсе – через майора Игнатова.

— Игнатов, ты чего там прячешься? – генерал наклонился, отыскал глазами скромно молчащего подчиненного. – Зайди к секретарю через десять минут, получишь подписанный приказ. Лично ты будешь отвечать за все, что здесь будет происходить.

— Конечно, кто же еще… – буркнул Игнатов и откашлялся: – Так точно, товарищ генерал-майор. Разрешите идти?

Что-то было не так. Субъект, покусившийся на Беллу, находился рядом. Михаил перебирал папки с личными делами. Эти четверо – не факт, но побеседовать с ними стоило, в качестве трамплина.

С КПП телефонировали Швец и Вишневский. Выезд закрыли – народ недоволен. Не за горами выходные, когда люди массово устремляются на просторы. На этот раз никто не поедет, наверняка начнут жаловаться. О предстоящих «учениях» объявления не было, и почему они должны быть связаны с массовым затворничеством?

— Держитесь, ребята, – напутствовал Кольцов, – Родина вас не забудет. Ссылайтесь на указания сверху, пусть жалуются.

Игнатов был против допроса бывших кавалеров Вдовиной.

— Зачем бессмысленно ворошить болото, Михаил Андреевич? Среди них нет нашего преступника. Нужно искать человека, с которым Вдовина связалась недавно. Это может быть Рубич, но не остальные. Есть десяток более подходящих кандидатур, – он выразительно глянул на стопку с делами.

— Может, и так, Виктор Петрович. Не узнаем, пока не проработаем. С этой публики и начнем. Мы не рискуем насторожить противника. Он и без того насторожен – это подтвердит покойная Белла. Убита женщина, под подозрением люди, когда-то имевшие с ней отношения. Это естественно и логично, при чем тут шпион? Так что не бунтуй, организуй мне к вечеру этих людей. Адреса у тебя есть. Они как раз вернутся с работы, приведут себя в порядок. Ничего, прогуляются перед сном. Передай своим – пусть наблюдают за их реакцией в момент оповещения. Недоумение – это одно, а испуг или страх – совсем другое. Именно в такие моменты преступник может раскрыться.

Впоследствии он просматривал отчеты – ничего такого. Видимо, не там копали. Страх и испуг присутствовали, но другого рода. Попробуй не испугайся, когда в присутствии жены (или другой женщины) тебя вызывают на допрос в связи с гибелью особы, с которой ты когда-то спал!

Отказников не было, явились все – нервные, обеспокоенные, недовольные. С каждым Кольцов провел беседу.

Шаховец был статен, привлекателен для женского пола, но нервно тер пальцами подушечки ладоней. Внешне казался спокойным, но тревожно бегали глаза.

— Просим прощения за беспокойство, Алексей Германович, но мы вынуждены опросить вас в связи со смертью гражданки Вдовиной.