Онлайн книга «Дело беглеца»
|
Положение складывалось невеселым. Бурю с ветром, швыряющим потоки воды, майор переждал под навесом универмага, а когда дождь стал косым и захлестал по ногам, вошел в фойе. Там толпились люди, тоже пережидали непогоду. Шушукались девушка с парнем, обмениваясь влюбленными взорами. Сексуальная революция уже отгремела (впрочем, Кольцов не ориентировался в ее этапах) – на людях старались не облизывать друг друга. Чинно дожидались окончания дождя пенсионеры. С интересом поглядывала на майора КГБ женщина бальзаковского возраста, и он поймал себя на мысли: «А почему бы нет? Может, познакомиться с местной вдовушкой, втереться к ней в доверие и отсидеться у нее до лучших времен?» Дождь не стихал. А когда наконец закончился, погода все равно не давала спуска – ощутимо похолодало. Электронный термометр на здании полицейского участка показывал шесть градусов по Цельсию – слава богу, с плюсом. «Вдовушки» дорогу не переходили. Больше часа он провел под куполом универмага, бродил по отделам. Покупок не совершал, просто смотрел, настраиваясь на нужный лад. Товарное изобилие было налицо, и цены особо не кусались. Одежда и обувь на любой вкус и со всех континентов, бытовая техника – стиральные машины, холодильники, телевизоры, диковинные видеомагнитофоны, которые в западном мире давно стали нормой. Все это можно было купить, заплатив деньги, – прямо на месте, не вставая в очередь, не записывая ручкой номерок на ладони. Это раздражало. Германия проиграла войну, тридцать семь лет назад была самым нищим государством Европы, кое-как восстановилась. Откуда эти роскошь и изобилие? В питейном заведении на улице Урденштрассе в восточных кварталах округа Вильмерсдорф не только поили, но и кормили. Люди приходили греться, заказывали грог, общались. Голод усилился, и Михаил рискнул. Свободным оказался только столик возле барной стойки. Бармен взглянул на посетителя как на пустое место, официант неспешно удалился, чтобы принести заказ. Настроение было хуже некуда. Он остался один, все попытки выполнить задание оборачивались провалами. В БНД знали его приметы (Джерри точно разглядел), к поискам лазутчика подключат полицию. Вайсман сдал его наверняка, и если среди трупов не было офицера КГБ, то это именно он. На претензии со стороны властей советские органы могли лишь отмахиваться: дескать, не сочиняйте. Но если его схватят и предъявят общественности, будет хуже. Засылку шпиона все равно не признают, но и помощи уже не будет, даже Рылеев ничего не сделает. Придется до скончания века гнить в немецкой кутузке… Михаил поглощал доставленную рыбу с овощами, запивал пивом. Рассиживаться не стоило – следовало набить желудок и уйти. На улице опять усилился дождь, капли стучали по стеклам, завывал ветер. Над барной стойкой работал телевизор. Фоторобот «бродячего» майора КГБ, к счастью, не показывали. Девушка с милой улыбкой зачитывала прогноз погоды. Берлинцам не стоило огорчаться: непогода продлится недолго. Уже завтра с утра обещали ясную погоду и даже незначительное потепление. С очередным порывом ветра распахнулась входная дверь, вошли двое в полицейской форме – мрачные, мокрые. Они прошли по залу, поглядывая на присутствующих, расположились у стойки. Сжалось сердце. Кольцов не менялся в лице, тянул пиво, проклинал себя за то, что не ушел раньше. В тарелке остались только кости. Выпивать офицеры не собирались, попросили у бармена кофе. Загудела кофейница, густой напиток стал неспешно наливаться в чашки. Полицейские сидели на барных стульях лицом друг к другу, вполоборота к залу. Они лениво беседовали, потом повернули головы. Дернул же черт усесться рядом с барной стойкой! Впрочем, больше негде. Один из блюстителей порядка мазнул взглядом по лицу сидящего рядом человека, отправился дальше. Потом вернул глаза на исходную, всмотрелся. |