Книга Цвет зависти, страница 41 – Валерий Шарапов

Уже подходя к дому, Вадим с трудом отогнал от себя навязчиво лезущие в голову мысли обо всей этой истории. Время уже позднее, надо отдохнуть. А утром уже на свежую голову еще раз все обдумать и действовать. К тому же Шумов сегодня тоже поехал к другому бывшему сотруднику. Может, и там что-то интересное услышал.

Когда Куликов зашел в квартиру, Марина сидела на диване и читала при свете торшера. Увидев мужа, она улыбнулась.

— Подзадержались вы сегодня, Вадим Александрович.

— Нижайше прошу меня простить, Марина Николаевна. – Старший лейтенант сложил руки, как христианин при молитве.

Супруга рассмеялась, отложила книгу и встала.

— Ужинать будешь? – спросила она.

— Буду. И даже чаю выпью.

— Тогда переодевайся, мой руки и приходи на кухню.

Домашняя обстановка помогла оперативнику отвлечься от дум, касающихся работы. Он смотрел на жену, которая не торопясь потягивала чай из чашки с нарисованными на боку цветами.

— Много работы, Вадик? – негромко спросила она.

— Хватает, – вздохнул Вадим.

— Из-за двойного убийства?

— Да, неизвестно, что хуже: одно большое и сложное преступление или куча мелких.

— Ну, ты знаешь, что говорят в народе про хрен и редьку.

— Знаю. И здесь ты абсолютно права.

— Хорошо, наверно, что я к этому привыкла. Но, знаешь, Вадик, наверно, было бы идеальным, если бы у нас с тобой работа была одинаковой. Как ты думаешь?

— В каком смысле? – слегка удивился Куликов. – Если бы ты работала в милиции одновременно со мной? Или я с тобой в поликлинике?

— И так, и так.

— Ну, не знаю даже. В медицину меня никогда не тянуло, поэтому мне сложно представить себя врачом или медбратом. Но и тебя оперативником тоже представить не могу. Ну, или вообще сотрудником милиции.

— А ты попробуй. Чисто теоретически.

— Чисто теоретически… – повторил старший лейтенант и задумался. – Не знаю даже. Если бы мы с тобой в одной сфере работали, нам бы, наверно, в какой-то степени было проще общаться. Но было бы это идеальным или нет, сложно сказать. Как у нас любит говорить сосед, Максим Михайлович, история не имеет сослагательного наклонения. Он ведь историк по образованию.

— Значит, все-таки не можешь?

— Нет. А ты можешь?

— Могу. Представь, как было бы здорово. Работаем если не в одной команде, то, как ты сказал, в одной сфере, понимаем друга с полуслова, знаем всю специфику нашей работы… Ну, и так далее.

— А мы разве не знаем и не понимаем? – улыбнулся оперативник.

Марина рассмеялась.

— И знаем, и понимаем, дорогой мой. Хотя, знаешь, наверно, вы с Максимом Михайловичем правы. Все так, как есть, а не иначе.

— Кстати, у меня подарочек есть. Подожди немного. – Вадим встал из-за стола и принес из прихожей подаренного сегодня Олей Захаровой Чебурашку. – Вот, смотри.

— Какая прелесть, – улыбнулась супруга и взяла игрушку. – Это откуда?

— Свидетельница подарила. Говорит, берите, я себе еще такого могу связать.

— Хорошо вяжет. А что за свидетельница?

— Бывшая работница завода, на котором этих двоих убили. Теперь работает на кондитерской фабрике.

— Карьерный вираж?

— Вроде того. Но зато я хоть не зря тащился на самую окраину. Она много чего интересного рассказала про свой гадючный коллектив.

— Знаешь, даже если бы и не рассказала, то хотя бы ради этого милого Чебурашки стоило с ней встретиться. Анечке понравится.