Книга Ночь трех смертей, страница 67 – Валерий Шарапов

Лихача посадили, а Глафира Андреевна осталась на всем белом свете одна-одинешенька. Несколько месяцев назад она отправилась на почту за свежими газетами и там, стоя у прилавка, услышала рассказ свояка, который работал охранником в исправительной колонии, о парнишке, которого прислали к ним по этапу. Обвиняли его в убийстве, а ведь ему едва исполнилось восемнадцать. Охранник говорил, что у них есть мнение, будто парнишка сидит безвинно.

История так глубоко запала в душу Глафиры Андреевны, что она не выдержала и отправилась в Сосновку добиваться свидания с незнакомым парнишкой. Будучи дамой пробивной, Глафира Андреевна своего добилась.

Первое свидание прошло вяло. Игорь Вдовин никак не хотел идти на контакт и верить в то, что незнакомая женщина желает видеться с ним на бескорыстной основе. Да и как тут поверить, если даже родная мать ни разу не изъявила желания приехать к сыну?

Однако свидания вносили хоть какое-то разнообразие в жизнь Вдовина, и вскоре он проникся к Глафире Андреевне доверием и, по словам самой Глафиры, теплыми чувствами.

— Как долго вы общались с гражданином Вдовиным? – выслушав рассказ Глафиры Андреевны, поинтересовался старлей.

— Совсем недолго, с зимы.

— За это время он ни разу не говорил, что у него возникли проблемы с другими заключенными или с охраной? Не намекал, что не может выносить неволю и устал так, что впору бежать?

— Нет, никаких таких разговоров он не вел. Он вообще был всем доволен, если можно быть довольным за решеткой. – Глафира Андреевна тяжело вздохнула. – Вот ведь как получается: оказался человек не в том месте и не в то время, и все – тюрьма ему обеспечена. А разве тюрьма хоть кого-то исправила?

— Об этом не нам судить, – осторожно заметил Валеев, стараясь уйти от скользкой темы. – Скажите, Вдовин говорил вам, с кем он дружит? Или кому больше всего доверяет?

— Единственный человек, которому он доверял, это я! Он так мне и говорил: «Глафира, вы мне как родная мать и даже больше! Без вас я бы пропал», – с пафосом в голосе изрекла Глафира Андреевна. Перехватив скептический взгляд Валеева, она снова рассердилась: – А что вас удивляет? Почему я не могу взять шефство над бедным мальчиком? По крайней мере, я делала это из сострадания, а не ради того, чтобы затащить кого-то в свою постель, как…

Глафира Андреевна осеклась, сообразив, что сболтнула лишнего. Старлей Валеев ухватился за промах женщины и быстро спросил:

— Как – кто? Кого вы имели в виду?

— Никого, – отрезала Глафира Андреевна. – Не слушайте меня, старуху. Видно, язык устал с непривычки так долго пустословить, вот и заплетается.

— Глафира Андреевна, позвольте вам напомнить об ответственности за препятствие следствию, – строго произнес Валеев. – Будьте добры пояснить свои слова!

С большой неохотой Глафира Андреевна рассказала, как пару недель назад, когда она была на свидании у Вдовина, там же, в крайней кабинке, она увидела учительницу Таисию Ильиничну.

— Она приходила на свидание с мужчиной, который убил всю свою семью, так мне сказал Игорек, – заявила Глафира Андреевна. – А ведь она, насколько мне известно, не является его женой. Как такое возможно, скажите на милость? Чтобы учительница встречалась с уголовником!

— Вы обсуждали это с Вдовиным? – уточнил Валеев.