Книга След на рельсах, страница 10 – Валерий Шарапов

А Марков умчался куда-то на одном из этих вечно пробегающих и как будто не останавливающихся поездов, его и след простыл.

Колька поднял голову – здрасьте-пожалуйста, а вот еще головная боль. Перед ним стоял тот самый Яковлев, муровский лейтенант, который как-то заграбастал Пельменя с Анчуткой. Мозгов у него хватило ровно на то, чтобы обвинить мужиков в посягательстве на несуществующую честь известной гулены.

Тотчас возникла мысль о том, что и на этот раз добром дело не кончится. Лейтенант Яковлев, то ли не узнав его, то ли сделав вид, что не узнал, заговорил быстро, отрывисто:

— Фамилия, имя? Что произошло? Что делал на мосту? Отвечай толком.

Колька и попытался, но, поскольку зуб на зуб не попадал, получалось невнятно:

— Пожарский Николай. Пы-пытался догнать… того… с сумкой.

Тут откуда ни возьмись появился и Акимов, скинул плащ, собираясь набросить Кольке на плечи, и тут кто-то сказал:

— Серега, на́ вот, – и вместо плаща на плечах у парня оказался тулуп, грязный, едко пахнущий по́том и креозотом. Зато стало тепло, и зубы перестали плясать, отбивая дробь. – Сам цел? Что с ногой? – вполголоса спросил Палыч.

Колька попытался объяснить, а бравый Яковлев не дал, продолжая выстреливать «очередями»:

— Кого догнать? Кто это был? Зачем полез на кран? – По всему было видно, что ответов он не ждет, и так ему все понятно, он лишь для порядка сотрясает воздух.

Колька Палычу все-таки ответил:

— Ц-цел, а вот нога того… да.

Акимов осмотрел и охнул:

— Ты что ж, босым гонял?! Граждане, вызывайте «Скорую»!

— Лейтенант, давай без самоуправства, – начал было Яковлев, но Акимов, молча козырнув в знак согласия, делал то, что считал нужным, то есть принялся поднимать Кольку.

Один железнодорожник остановил его:

— Давайте вместе, а то сейчас еще нахватает, – и позвал еще знакомых. Сообща подхватили под руки-ноги и поволокли Кольку под крышу.

Скорее всего, от боли и на нервах он ненадолго отключился, потому что опомнился, уже лежа на прохладном кожаном диване. Опасного Яковлева рядом не было, Палыч говорил с кем-то по телефону. Железнодорожник, осматривая его ступню, рискнул-таки выдернуть какую-то проволоку и тотчас обильно залил ее одеколоном. Колька спросил, не понимая, как по-дурацки звучит вопрос:

— А этот… где?

На что железнодорожник ответил:

— Кто ж знает? Искать надо. Состав срочный, вывозил металлолом. Может, уже на Трех вокзалах или все еще где-то у нас. Как говорится, одна нога здесь, другая там.

Акимов, вешая трубку, сказал:

— Не смешно, – и, подойдя к Кольке, спросил: – Что, гвозди не торчат?

Железнодорожник заметил:

— И вы тоже неудачно пошутили, – заметил железнодорожник. – Ну а по сути много мелких порезов, ссадин, что-то под кожей точно есть. Крупняк доставать не буду, пусть торчит как тампон, не стоит рану тревожить без надобности.

— Ты что ж, медик?

— Фельдшер. Да-а-а, угораздило. Как бы заражение не приключилось.

— Он у нас крайне везучий, – успокоил Акимов.

— Это я уже понял. Во время грозы по высокой металлоконструкции носиться и спуститься живым – это действительно удача.

— А между прочим, чего тебя туда понесло? – спросил у Кольки Палыч.

— Из ДПР Марков… – начал было Колька, но тут в помещение ввалился Яковлев и сразу накинулся на Палыча:

— Акимов, вопросы тут не тебе задавать!