Книга След на рельсах, страница 62 – Валерий Шарапов

— Можно вас на минуточку?

— Вы тут оставайтесь, – сказала девушкам Ольга и, направившись к окну, открыла форточку пошире: – Да вы заходите, товарищ, что там мокнуть.

— Да я на минуточку и тайным порядком, – отказался парнишка. – Вы не ругайте, пожалуйста, девочку, вот тут все, – и передал через форточку книжку, бережно завернутую в газетку, – все цело, не переживайте. Я просто ну никак не могу с ней расстаться, закончу читать – и сразу заново.

— Надеялся, что выплывет? – спросила Ольга.

Мальчишка вздрогнул, глянул исподлобья и сказал:

— Надеялся. – Но, тотчас спохватившись, начал оправдываться: – Ну то есть я знаю, но… ну как сказать. Смотрел как-то фильм, а там конца не было, они спускались к Уралу – и все. Вот я и думал, может, все-таки выплывет.

— Понимаю, – кивнула Ольга, – ты молодец, что книжку вернул, спасибо. А то мы волновались.

— Вы только девочку не ругайте, – снова напомнил парнишка, спрыгнул на землю и, помахав рукой, скрылся.

Ольга начала машинально перелистывать страницы книги, дошла до предпоследней, а за ней в книжку был вставлен тетрадный листок, на котором четко, с решительным нажимом было выведено: «Чапаев жив!»

— Ну это само собой, – почему-то вслух согласилась она, листок оставила, а газетку сняла. Отметили в инвентаризации и возвращение «Чапаева», поставили его на законное место.

— Ну что, все, что ли? – спросила Светка, выглядывая из-за полки.

— Вроде бы да.

— А где эта растяпа?

Оля, понимая, что речь о Насте, пристраивая на место очередную книжку, рассеянно ответила, что не знает.

…Настя же незаметно смылась из библиотеки, рассудив, что девчата и без нее справятся, а тут надо разобраться, откуда взялся этот распрекрасный юный читатель. Мальчишку этого она хорошо запомнила, он появлялся не раз, брал книжки. Но всегда, как положено, его сопровождал взрослый – однорукий дядька, эвакуатор, как называла его Ольга. Противное слово!

Выглядывая из-за угла, она видела, как мальчишка, отойдя от окна, быстро пошел в сторону бывшей «Родины». Настя поспешила за ним, не выпуская из виду. Несколько раз он, точно почувствовав слежку, резко оборачивался, но она благоразумно держалась в тени, и плащ у нее был темный. Так они дошли до старого парка, который окружал раньше кинотеатр, и мальчишка свернул в сторону от мощеной дорожки. Здесь Настина слежка затруднилась, потому что тот-то парнишка знал, куда идти, а она то и дело спотыкалась о корни. Еще немного попетляв, они уткнулись в забор и пошли вдоль него. Настя соображала: «Это, надо думать, их ограда. Высоченная. Как он через нее ее перелазить будет, по деревьям?» Но рядом с забором деревьев не было. Настя на пару секунд отвлеклась и тут же пребольно ткнулась ногой в пень, срубленный почти под корень. Больно, аж искры из глаз! Но хуже всего то, что, когда немного отпустило, она вдруг поняла, что мальчишка-то пропал.

Пришлось вернуться обратно на тропу, по которой они оба следовали, и Настя пошла вдоль забора. Забор был сплошной, доски прилегали очень плотно, даже свет между ними не проникал. Высокий был забор, и наверху клубилась колючка. «Не перелезешь, – покачала головой Настя. – Но куда же он тогда делся?» Она прошла еще шагов пятьдесят, и постепенно ее решимость стала таять. Пошел мелкий, противный дождь, а главное, мелькнула мысль: вот она блуждает в полном одиночестве среди мокрых деревьев, и совершенно неясно зачем. Чего ради ее понесло за этим мальчишкой? Ну шляется, и пусть его, ей-то что?