Книга Холодное золото, страница 73 – Валерий Шарапов

— И вы сейчас этот номер не помните?

— Нет, конечно! Год прошел!

— Может быть, еще кто-то из ваших коллег воспользовался услугами этого человека?

— Не знаю… Дело в том, что это объявление провисело недолго. Помню, что уже на другой день после того, как мы с Игорем договорились, его на доске уже не было.

— То есть выглядело все так, словно это объявление специально для вас вешали…

— Почему специально для меня? Просто снял его кто-то… А вообще Игорь несколько раз просил, чтобы я рекомендовала его услуги кому-то из своих коллег.

— А где проходили эти сеансы массажа?

— Да здесь, в театре, и проходили. У нас есть гимнастический зал, там есть кушетки. Там Игорь мне массаж и делал.

— Значит, Игорь просил, чтобы его кому-то рекомендовали. А ничье имя он при этом не произносил? Не просил, например, чтобы сказали о нем Леонидовой?

— Летте? Но как он мог о таком просить? Откуда он знает наших певиц? Это было бы странно. Но знаете – вы в чем-то правы. Ведь я действительно сказала о нем Виолетте, когда она стала искать массажиста.

— А она искала?

— Да, она у многих спрашивала и ко мне обращалась. Ей врач сказал, что неплохо было бы ей получить несколько сеансов массажа. И она стала искать специалиста.

— Вы ей дали телефон Игоря, и она с ним связалась, так?

— Не знаю. Хотя нет, знаю – она меня потом благодарила. Сказала: «Спасибо тебе огромное, Катенька, такого замечательного мастера мне нашла».

— Когда этот разговор состоялся, когда она вас благодарила? Тоже в прошлом году?

— Нет, это уже не так давно было. Игорь меня уже не обслуживал, когда Виолетта его просила.

— Знаете, я бы тоже хотел найти этого замечательного мастера, – сказал Егоров самым проникновенным тоном. – Как мне это сделать?

— Ну, я не знаю… – протянула балерина. – Поспрашивайте наших – может, еще кто-то списал его телефон…

Егорову ничего не оставалось, как последовать совету Екатерины Анатольевны. И он до самого вечера ходил по театру, приставал буквально ко всем, показывая фоторобот человека с властным лицом и спрашивая, не записывал ли кто-то его телефон. Но все эти расспросы ни к чему не привели. Правда, Егоров нашел трех человек, которые вспомнили о каком-то объявлении массажиста на доске приказов. И нашелся один человек – трубач Анциферов, – который позвонил по указанному в объявлении телефону, просил сделать ему массаж. Однако человек на другом конце провода ему отказал.

— Решительно так отказал, знаете, – вспоминал трубач. – Даже грубо, я бы сказал. Дескать, он очень занят и вообще передумал оказывать такие услуги. А на другой день и объявление с доски исчезло.

— А телефон, по которому вы звонили, у вас сохранился? – с надеждой спросил капитан.

— Нет, конечно. Зачем бы я стал хранить номер телефона этого грубияна? Тогда же его и выкинул.

Вечером Егоров покидал театр с противоречивыми чувствами. С одной стороны, он вроде бы поймал кончик нити, ведущей к этому загадочному массажисту. Но этот кончик тут же выскользнул у него из рук. Никто не знал адреса и телефона этого невидимки, и даже фамилию его никто не знал.

«Мне надо вернуться к самому началу, – решил Егоров. – То есть к Леонидовой. Если она пользовалась услугами этого человека, значит, она ему звонила. И тогда у нее мог остаться номер его телефона. Где он может быть? Да в ее записной книжке, балда! В ее книжке, которую ты держал в руках!»