Книга Смертельный кадр, страница 10 – Валерий Шарапов

На это заявление возразить Савину было нечего. История о том, как старлей Якубенко два месяца обхаживал племянницу Василия Васильевича, а когда та влюбилась в парня по уши, вдруг резко к ней охладел и переметнулся к очередной пассии, до сих пор стояла между Якубенко и Шапошниковым, отбрасывая тень и на Савина. И не важно, что племянница Шапошникова еще раньше Якубенко удачно вышла замуж и на настоящий момент имела уже двух пацанов-погодок, обиды криминалист Якубенко не забыл и всякий раз, когда им приходилось работать над общим делом, не упускал возможности поддеть оперативника.

— Ну, чего молчишь? Где Якубенко, спрашиваю?

— Он на весь день к Трещихиной приписан, – нехотя ответил Савин, ожидая очередной порции насмешек в адрес напарника, и не ошибся.

— Ого! И чем это он так провинился, что Кашалот ему по полной впаял? – рассмеялся Шапошников.

— Трещихина сама его выбрала, – чуть приукрасил действительность Савин и поспешил перевести разговор в рабочее русло. – Судмедэкспертом сегодня Ерешкин?

— Он самый, – подтвердил Шапошников и, понизив голос, добавил: – Ему в этом месяце досталось. Слыхал о трупе в метро на станции «Кропоткинская»?

— Кто же о нем не слышал? Целую неделю Москва гудела.

— Так вот, Ерешкина туда отправили в помощь соседнему району. Он осмотр провел, потом вскрытие и результаты в рапорте отразил, а потом появились новые данные, и оказалось, что его рапорт не соответствует действительности. Мужик-то сам себя отравил, а потом, для надежности, под электропоезд в метро бросился. Родственники его записку предсмертную на даче нашли, там все подробно изложено. Опергруппа из Хамовников целую неделю народ трясла, двоих даже под стражу успели взять, а когда выяснилось, что это суицид, нужно было кого-то в козлы отпущения записать, ну Ерешкина как чужака и записали.

— Да, не повезло мужику, – посочувствовал Савин и снова перевел разговор на другую тему, не желая собирать сплетни: – А это кто с вами сегодня? Не помню, чтобы я его раньше видел.

Савин кивком указал на молодого человека, который, опережая судмедэксперта Ерешкина, сбежал с дороги и направлялся к кустам, где лежал труп. Шапошников проследил за рукой оперативника и, улыбаясь, ответил:

— О! Это будущее криминалистики.

— Стажер? – Савин насторожился. Он, как и многие его коллеги, с недоверием относились к криминалистам без стажа.

— Говорю же – будущее криминалистики, а ты «стажер, стажер». – Шапошников едва заметно улыбался, и было непонятно, всерьез он говорит или шутит. – Вот увидишь, он тебя еще удивит.

— Ладно, не важно. Главное, чтобы это ваше «будущее криминалистики» не напортачило в настоящем, – заметил Савин и перешел к делу: – Хотел попросить в первую очередь осмотреть склон чуть дальше по дороге. Там имеются следы волочения и капли крови. Нужно взять все необходимые анализы и зафиксировать следы на фотопленке. Вы ведь привезли фотографа?

— Наш новичок и есть фотограф. Вон, гляди, как старается, – Шапошников кивком указал на новичка. – Поди, уже полпленки отщелкал. Его систему нарушать не велено, так что с обочиной придется повременить.

— Так он фотограф, – протянул Савин. – Тогда где остальные? Или вы будете самостоятельно всю площадь отрабатывать?

— А это, мой друг, и есть новая методика в действии. – Шапошников многозначительно поднял брови. – Сейчас молодой человек поработает фотоаппаратом, а потом приступит к детальному изучению места преступления. Затем, вернувшись в лабораторию, проявит пленку, распечатает фотоснимки и будет сопоставлять кадры с тем, что удалось обнаружить на месте.