Книга Люди без прошлого, страница 46 – Валерий Шарапов

До начала киножурнала оставалось две минуты. Значит, не судьба, ну что ж, повезет кому-нибудь другому. Павел начал осматриваться: кого бы осчастливить? Целых два билета и никакой спекуляции — даром готов отдать!

— Молодой человек, у вас лишнего билетика не будет? — вкрадчиво прозвучало сзади.

Он резко обернулся. От сердца отлегло, и сразу в животе что-то заурчало, губы растянулись до ушей. Алена Ваншенина лукаво и немного пытливо смотрела ему в глаза. Девушка прекрасно выглядела: брючный костюм подчеркивал точеный девичий стан, волнистые волосы дерзко распались по плечам. Она тяжело дышала — видимо, очень торопилась, боялась, что Павел уйдет. И вовсе не подглядывала со стороны, чтобы посмотреть на его реакцию. От Алены приятно пахло какой-то необычной вечерней свежестью.

— Прошу прощения, — лучики заходящего солнца весело поигрывали в ее волосах, — я успела?

— Конечно, — улыбка на лице Павла расцвела, даже с перебором. — Ты успела, у нас еще целый вагон времени.

— Мы уже на «ты»? — удивилась Алена. — Не рано ли? Или это неизбежно? — Она засмеялась. — Хорошо, Павел, согласна, не будем бескультурно «выкать». — Она посмотрела на афиши: — Сегодня мы идем… позволь догадаться, на «Опасные гастроли»? Острый сюжет, приключения, да еще Владимир Высоцкий — вы же, мужчины, это так любите?

— Любим, — согласился Болдин. — Но сегодня мы идем на «Влюбленных». Как вы относитесь к Родиону Нахапетову, девушка?

— Да быть не может! — ахнула Алена. — Ты серьезно? Вот так сюрприз. Ну что ж, пойдем смотреть историю любви. А «Опасные гастроли», признаюсь по секрету, я уже смотрела, пару месяцев назад, в Смоленске, когда надоело готовиться к экзамену. Стыдно признаться, но я тоже люблю приключенческие фильмы…

Они сидели на последнем ряду в переполненном зале. Неспешно текло действие, мелькали пейзажи Ташкента, блистала талантом несравненная Анастасия Вертинская. Алена увлеклась, затаила дыхание, приоткрыла ротик. Павел посматривал на нее украдкой. Что-то странное с ним творилась, в желудке образовался вакуум. Уже не вспоминалась оставшаяся в прошлом Москва, столичные соблазны, представительницы прекрасного пола, регулярно раскрашивающие жизнь… Что случилось? Хотелось приобнять эту девчонку или хотя бы взять за руку, но он боялся. Лишь коснулся ее пальцев — уже ближе к финалу, когда зал испускал томные вздохи, и Алена в том числе. Просто дотронулся — случайно, а как же еще? Она не отдернула в ужасе руку, но как-то онемела, задумалась. Он взял ее кисть — худенькую, теплую. Алена обеспокоенно покосилась, видимо, хотела спросить, что он делает? Разве за этим люди ходят в кино? Вырываться не стала, но сидела напряженная.

Когда закончился фильм и зрители стали подниматься, она еще сидела, не хотела вставать. Однако пришлось. Павел держал ее за руку, прокладывал дорогу к выходу — словно ледокол в ледяных торосах.

На улице уже стемнело, похолодало. Чувствовалось приближение осени.

«А ведь она скоро уедет, — встрепенулась мысль, — неделя — и поминай как звали. А ты останешься в этом местечке, потому что в Москву и даже в Смоленск тебе дорога заказана».

Зрители расходились, обсуждая фильм. Кому-то понравилось, кто-то еле высидел. Домой не хотелось — в общаге холодно, неуютно, да и обитатели весьма специфические. Алена тоже не рвалась под крыло папочки. Опустила голову, шла рядом, он чувствовал ее плечо. Сквер еще не вымер, попадались отдыхающие. С примыкающей аллеи вывернула компания, пахнуло сивушными маслами.