Книга Лесные палачи, страница 106 – Валерий Шарапов

Как ни противилась Стася, но чисто женское любопытство взглянуть на нового ухажера Анеле, а заодно посмотреть и на своего парня, за которого желает сосватать ее настырная подруга, окончательно перебороло страх и девичью неловкость, сомнения отпали, и она, хоть и с видимой неохотой, но согласилась.

— Вот и хорошо, — обрадовалась Анеле и беззвучно захлопала в ладоши. — Ты не пожалеешь. Обещаю.

Приодевшись в нарядные платья, девушки чинно сели на сундук, терпеливо дожидаясь, когда угомонится богомольная старушка. Как только за стеной стихли живые звуки: невнятное бормотание, шуршание снимаемой одежды, скрип деревянной кровати, и наступила гробовая тишина, Анеле соскочила на пол, неосторожно громыхнув каблуками башмаков. Перепугавшись, что старушка услышит, девушки замерли, не дыша.

— Дрыхнет, старая, — сдавленно захихикала через минуту Анеле. — Пора.

Прихватив с собой корзину с гостинцами: пышками, замешанными на картошке, и глиняным кувшином с яблочной наливкой, подруги украдкой вылезли в окно. Стараясь держаться в сумеречном свете полной луны теневой стороны, где росли высокие пирамидальные тополя, они осторожно двинулись по улице в сторону заброшенной водяной мельницы.

В голубом неживом свете луны, низко зависшей по ту сторону Венты, словно огромный шар, от которого по воде тянулась блестящая серебряная дорожка, беззвучно скользила старая рыбацкая плоскодонка, слышался тихий неторопливый всплеск весел. Вскоре лодка пристала к берегу, из нее на речной желтый песок сошли двое мужчин. Это были Дайнис и Каспар, явившиеся на тайное свидание.

Они внимательно огляделись по сторонам, напрягая зрение. Ничего их в окружающей природе не смутило и не насторожило, и они без всякой суеты деловито вытащили нос лодки на песок, чтобы ее случайно не унесло слабым течением. Вполголоса переговариваясь между собой, отчего глухие голоса нельзя было разобрать, даже находясь неподалеку, они не спеша направились по густой траве вверх по склону.

Высокие метелки пырея качались, стегали по ногам, осыпая росой влажные брюки, а мелкие семена прилипали к мокрым, блестящим в лунном свете черным ботинкам.

— Стой, — негромко сказал Каспар, когда они через минуту выбрались на гребень склона, и торопливо схватил родственника за рукав пиджака. — Слышишь?

Со стороны мерцающей зеркальной поверхности запруды, где мерно журчала вода, небольшим ручейком стекая вниз, донесся резкий отрывистый звук «Кр-ак».

— Вот опять. Слышишь?

— Это лебеди, — ответил Дайнис и слабым движением руки освободил рукав пиджака, все так же уверенно направился к темному бревенчатому зданию водяной мельницы. — Давно уже здесь живут.

— Кто-о-о? — с недоверием протянул Каспар и прибавил шаг, нагоняя Дайниса.

— Говорю тебе, пара белых лебедей, — уже раздражаясь, повторил Дайнис и, не оборачиваясь, через плечо обронил: — Ну ты, брат, и пуглив стал.

Приняв его слова за явную над ним насмешку, Каспар от обиды злобно пожевал губами, нервно дернул несколько раз плечом, потом круто развернулся и решительно зашагал к запруде, что-то бормоча под нос.

— Ну и куда ты пошел? — негромко окликнул Дайнис. — Лебедей, что ль, никогда не видел? Такие же гуси.

— Гуси, говоришь? — ухмыльнулся Каспар. — Сейчас проверим. Никогда жареных лебедей не ел.