Книга Лесные палачи, страница 85 – Валерий Шарапов

Бросая озабоченные взгляды по сторонам, проследив за расторопными действиями милиционеров, Лацис и Еременко двинулись следом за Орловым, придерживаясь расстояния так, чтобы в поле зрения все время были видны люди справа и слева. С превеликой осторожностью пройдя шагов тридцать, они заметили, как Орлов остановился, потом указал на свои часы и взмахнул рукой, давая понять, что время вышло и надо поторапливаться, но аккуратно, чтобы не спугнуть спавших бандитов.

Настороженно прислушиваясь к лесным звукам и даже к легкому шуму ветра, который изредка набегал, колыша макушки сосен, Журавлев с пистолетом в руке уверенно двигался вперед. При этом он старался ступать бесшумно, чтобы у него под подошвами тяжелых сапог не хрустнула ни одна сухая ветка, не пострадала ни одна былинка, ни травинка. По старой фронтовой привычке полкового разведчика Илья по дороге примечал все, даже самые незначительные вещи, на которые обычный человек не обратит ни малейшего внимания.

В покойной тишине прошло двадцать минут, час, затем полтора часа, а никаких видимых изменений в природе заметно не было. По всем расчетам, бандиты находились в каких-то нескольких сотнях метров, плотно окруженные со всех сторон, но ни выстрелов, ни птичьего гомона, поднятого при виде человека, почему-то слышно не было. Даже если брать во внимание, что недобитые фашистские прихвостни, перепившись, дрыхли, все равно по периметру должен был находиться дозор, который в любом случае уже был просто обязан заметить подкрадывающихся солдат и милиционеров. Но ничего этого не было и в помине: лес как продолжал жить своей жизнью, далекой от деятельности плохих ли или хороших людей, так и продолжал жить.

— А не могли они засаду устроить? — озвучил общую тревожную мысль Лацис свистящим шепотом, дрожа от возбуждения. — Как только подойдем близко, они и ударят по нам.

— Это вряд ли, — не сразу, так же шепотом отозвался Орлов, держа перед собой служебный ТТ. — Кишка у них тонка для этого.

— Тогда что же? — задал резонный вопрос Еременко, в волнении раздувая ноздри своего прямого греческого носа. — Самогонки пережрали?

— Скоро узнаем, — буркнул Орлов и прибавил шаг, продолжая все так же смотреть по сторонам, успев на ходу, через плечо предупредить: — Не расхолаживаться!

Когда они прошли еще пару сотен метров, перед ними вдруг открылась невзрачная на вид поляна. Трава на ней была сильно примята множеством ног, что говорило о том, что до их прихода здесь действительно находились люди. Чуть в сторонке, под раскидистыми кустами боярышника, был виден невысокий холм, на котором росла высокая трава с вкраплениями голубых колокольчиков. Опытным глазом Орлов сразу определил, что в действительности это никакой не холм, а самая настоящая землянка, умело замаскированная дерном.

— Журавлев, — сказал Клим, мельком взглянув на Илью, — проверь. Да аккур-ратнее.

Настороженно скользнув глазами по поляне с примыкающими к ней кустарниками и деревьями, Журавлев скорым шагом направился к холму-землянке. Оглянувшись по сторонам в последний раз, Илья ударом ноги распахнул дверь, влетел внутрь, стремительно охватывая взглядом пустое помещение землянки с нарами из березовых жердей, устроенными возле бревенчатых стен. И сейчас же в ноздри ему плеснул спертый запах тряпья и самосада, а еще воняло чем-то невыносимо острым, отдаленно похожим на человеческие испражнения или на немытые человеческие тела. Очевидно, крошечное помещение пропиталось этими запахами не за одну зиму.