Книга Холодные сумерки, страница 107 – Валерий Шарапов

Если новое, то это знакомство или по службе, или нет. Если нет – надо собрать полный круг знакомых. Соберем. Если же да, то…

Если да, то все становилось гораздо сложнее. Внутренние расследования не любил никто. Сидишь как дурак, подозреваешь всех, не доверяешь никому, работу, соответственно, не делегировать. И никому ни о чем не расскажешь. Допустим, маньяк – Миша. По фигуре и сложению подходит, силы ему не занимать. И знает все, что только можно об оперативных действиях. Но в медицине Михаил не понимает. А кто понимает? Стоп.

Дмитрий вынул предыдущий лист, просмотрел его и хмыкнул. Да, возможно, знакомый, но вряд ли Ольга в таких деталях рассказывала про этот культ. Вряд ли рисовала знаки.

«Особенно учитывая ее обычную разговорчивость, ага».

Значит, оба листа так или иначе упирались в дело Ордена. Или в доступ к архивам, или в непойманного культиста, который приехал следом за Ольгой и следит за ней, ухитряясь не попадаться на глаза знакомой девушке. Месяцами напролет. Возможно. Но маловероятно. Местному было проще – ему не надо, попавшись, делать вид, что случайно приехал на другой конец страны. И если принять, что Ольга все же не замешана напрямую и не прячет культиста в шкафу – а в это не укладывается вот такое поведение маньяка, – то остаются те, кто имеют доступ к делу. И при этом знакомые Ольги.

Сунув папку в сейф, Дмитрий запер кабинет и направился в справочную. Москва сейчас спала, и, конечно, заказать дело Ордена могли в любое другое управление Владивостока или даже округи, но Ольга-то работала именно в этом.

Кивнув Эле, сидевшей за конторкой, Дмитрий прошел дальше, туда, где лежали старые тетради с записями: кому что выдавали, кто какое дело просил. Если даже дела заказывали лично, выдавали их все равно через справочную.

— Значит, – заметил он себе под нос, – нужны запросы за прошлый год. Конец прошлого года. От публикации о деле и до той записи в видеопрокате. В идеале после приезда Ольги, что сразу добавляло улике веса. Потому что катализатор.

«Ты найди сначала запись, а потом уже на весы клади».

И Дмитрий искал. Записей за полгода скопилось столько, что одной тетрадью дело не ограничилось. И далеко не у всех отметившихся был разборчивый почерк. Даже наоборот.

«Хуже, чем у того ветеринара. Вот так глаза и портят».

Строчки мелькали, продвигаясь день за днем, неделя за неделей. Никому не был интересен этот чертов Орден, что на самом деле было скорее хорошо. Если по другим отделам ситуация была такой же, то по этой линии кандидатов в подозреваемые окажется немного. Долистав до даты приезда Ольги, Дмитрий принялся читать внимательнее. Если мозг убийцы работал на раздражителях, то встреча с москвичкой вполне могла вызвать повышенный интерес к московским делам по своему профилю. А там и до Ордена недалеко.

День за днем… когда нужная надпись мелькнула в нижней трети страницы, Дмитрий ее чуть не пропустил, настолько привык к отсутствию результатов. А когда разобрал бисерный почерк, то мысленно присвистнул.

«Значит, любите читать Киплинга, Сергей Александрович? Похвально. Но, кажется, любите вы читать не только его. Тоже похвально, особенно с точки зрения эксперта».

Несмотря на находку, Дмитрий заставил себя долистать тетрадь до конца, а потом и следующую до конца года. Больше никому в управлении это дело не было интересно.