Книга Холодные сумерки, страница 36 – Валерий Шарапов

Вот оно.

Порнография – это способ прожить сексуальный акт, которого не было. Сублимация. Это просто. Базовый инстинкт. А что делает маньяк? Ведь не начинает он сразу с убийств? Что-то есть и до того, какой-то интерес к вот такому? А к какому такому? Фильмы ужасов? Расчлененка? Та же порнография, только жестче? Да, возможно. Мистика? Нет, в этом не было настоящего чувства, я уверен, только знания. Все остальное – возможно.

«Где советский гражданин может сублимировать жестокое убийство с изнасилованием? Как?»

— Готово, Дмитрий Владимирович. Липкая лента – замечательная штучка, все пальчики на ней как отлитые.

Дмитрий снова взгромоздился на стул, натянул перчатки и осторожно отлепил уголок. За обоями лежала тонкая зеленая тетрадь, самая обычная, школьная, в линеечку.

Открыв ее, Дмитрий хмыкнул.

— Попался.

Страницы усеивали числа и буквенные коды, разбитые по датам.

«Время, место, количество, цена? С учетом Игоря расшифровать будет легко. Превосходно».

— Телефонная книжка, – Михаил помахал тонкой книжицей в черном переплете. – И по виду подруг у нашего торговца действительно столько, что Игорь обзавидуется.

— Ему и обзванивать, – безжалостно резюмировал Дмитрий, спрыгивая со стула. – Пусть завидует. Добавляй в вещдоки. Что с ванной?

— Оборудование для проявки использовали совсем недавно и толком не почистили, – ответила Ольга. – Негативы оставили там же, россыпью, прямо в одной из ванночек.

Аккуратность и точность в число достоинств Вахтанга явно не входили. Ум, кажется, тоже. Оказалось, что деньги он хранил прямо в квартире, пряча в нише, спрятанной за настенным ковром. Под бдительным и несколько завистливым взглядом понятой разномастные бумажки были пересчитаны и опечатаны. Получалось почти три тысячи рублей.

«Прибыльное занятие, даже если учесть, что занимался он этим только во время знакомства с Зоей».

Дмитрий повернулся к Шабалину, хотя Ольга стояла ближе.

— Проверьте, пожалуйста, все негативы – есть ли признаки того, что снимали разные люди?

В деле для полного счета не хватало только рабочей камеры, но у Дмитрия было поганое ощущение, что именно она горела в том костре непонятно где в промке. Даже если от нее что-то осталось, обшарить огромную территорию было невозможно. Но закрыть Вахтанга получалось и без нее.

— Скажите, – обратился он к понятой, доставая из кармана фотографию Зои, – а вот эта девушка к Вахтангу приходила, вы не видели?

— Эта? – Женщина присмотрелась и закивала. – Темненькая, я так и запомнила. Сейчас-то все под блондинок красятся, а эта простая такая и одевалась не как эти прочие, просто, и всегда с сумкой на боку.

— Не вспомните, когда видели ее в последний раз?

— Да разве же я слежу за соседями-то? – возмутилась женщина. – Может, неделю назад, может, полторы. Да, в позапрошлую пятницу. Помню, потому что я из стоматологии шла, зуб выдирали. Передо мной в дом заходила и даже дверь не придержала. Даже не оглянулась. Эх, молодежь…

«Зато остальные вежливые, – мелькнула мысль – Может быть, убийца все-таки из знакомых. Ее или Вахтанга. Подруги говорили, что она замкнулась, и в таком состоянии человек не ищет контакта, но это может быть кто-то новый. Кто-то, кто проявил участие, понял. Хорошо, что Михаил нашел список».

— Она была одна?