Книга Родня до крови, страница 48 – Валерий Шарапов

— Свидетель?

— Вряд ли, скорее всего, алкаши местные. Утром встали, пошли бутылки искать, чтобы на опохмел денег набрать. Шарились по бакам и нашли, – выдвинул свое предположение патрульный. – У нас здесь с некоторых пор сущая напасть с этими алкашами. Прижились у Тараскина в частном доме, работать не работают, только пьют.

— И где искать этот дом Тараскиных?

— Да тут недалеко. Второй поворот налево, – объяснил патрульный. – Старенький домишко с заросшим палисадником. Не ошибетесь, там такой запах – дух вышибает.

— Что же вы с ними ничего не делаете? – удивился Бибиков.

— А что тут сделаешь? – патрульный снова пожал плечами. – У Тараскина документы в порядке, бумаги на дом есть, паспорт имеется. К тому же безногий он, путейцем работал, там ему обе ноги и отрезало. Как такого на улицу выгонять? Не бессердечные же мы.

— А соседям каково? – продолжал Бибиков. – Они-то за что терпеть это безобразие должны?

— Ну, мы время от времени к ним заглядываем, чтобы за рамки не выходили, – было видно, что патрульного тяготит разговор. – Но запретить принимать гостей мы Тараскину не можем. Нет такого закона. А соседей они не обижают, воровать не воруют и дебоши не устраивают.

— Ладно, ладно, мы все поняли. – Лобанов похлопал патрульного по плечу. – Ты не обижайся, Леонид у нас в этом деле новичок, многого не видит. Поезжайте к себе и не забудьте в двадцать четвертый позвонить.

Патрульный поспешил к своей машине. Бибиков проводил его недовольным взглядом.

— Чего надулся, как мышь на крупу? – поддел парня Лобанов.

— Неправильно это, – упрямо произнес Бибиков. – Если в доме антисанитарные условия – это опасность для всего района. Почему они не вмешиваются?

— Вот познакомимся с гражданином Тараскиным, тогда, может, и поймем, – заметил Лобанов. – А сейчас давай тело осмотрим.

При внимательном осмотре Лобанов обнаружил на затылке убитого след от удара тупым предметом. Причиной смерти он не был, но говорил о том, что предварительно жертву оглушили. Этот факт исключал убийство в пьяной драке или в приступе ярости. На животе жертвы обнаружили три ножевых ранения, но без заключения эксперта невозможно было определить, умер ли он сразу или был выброшен в контейнер еще живым. Осмотрев карманы убитого, Лобанов обнаружил билет на пригородный поезд, датированный понедельником.

— Выходит, в понедельник вечером он был еще жив, – заключил Лобанов. – Билет в оба конца, значит, он собирался вернуться. Билет не погашен, значит, он им не воспользовался. Был уже мертв?

— Скорее всего, так, – согласился Бибиков. – Куда он собирался ехать?

— Указано: Подклетное. Знаешь это место?

— Слышал, товарищ капитан. Минут двадцать от центра Воронежа. Третья остановка в направлении на Касторную.

— Что там примечательного?

— Да ничего. Обычная станция, пригород Воронежа, всего три улицы, но разрастается. В 1930 году там запустили овощесушильный завод, началось строительство поселка, назвали Придонским. Сейчас это уже поселок городского типа, а при нем железнодорожная станция. На заводе изготавливают крахмал и вино из фруктов, вот и все достопримечательности.

— Думаешь, он там жил?

— Вполне возможно.

Разговор прервал звук приближающегося автомобиля. Бибиков вышел на дорогу, помахал руками. Спецтранспорт для перевозки трупов, в среде сотрудников милиции называемый «труповозка», подъехал к мусорным контейнерам. Машина остановилась, и из кабины вышел высокий мужчина средних лет. Поздоровавшись, он спросил: