Книга Родня до крови, страница 97 – Валерий Шарапов

— Аркадий Ромащев. – Лобанов не стал терять время, а перешел к делу. – Что можешь о нем сказать?

— Аркашка-то? – Акишкин усмехнулся. – Сидел за соучастие в убийстве, на суде отмазался, подставив подельников. Срок погашен, на учете больше не стоит, новых приводов не имеет.

— Это я и без тебя знаю, – остановил Акишкина Лобанов. – Расскажи, чем он дышит сейчас?

— Ну, что сказать? Парень мутный, это точно. Агрессивный, чуть что бросается в драку, живет не по средствам, но не думаю, что приворовывает. Видно, есть какой-то особый приработок или сосет деньги из родни.

— Почему решил, что живет он не по средствам?

— Он водилой на книготорговой базе работает, там зарплата не больше ста пятидесяти в месяц, а он тачку себе купил, «Жигули-копейку». В ресторанах часто бывает, и девка у него – огонь. Рыжая, вся в «фирме», будто он ее в валютной «Березке» одевает. Чтобы такая красотка с этим хлыщом по любви была? Нет, не верю.

— У него есть девушка? – переспросил Лобанов.

— Года два вместе, она и живет у него, – подтвердил Акишкин.

— А как насчет других женщин?

— Не-е, Аркашка не из таких. Он вроде как верный.

— Ты сказал, он мутный. Что это значит?

— Думаю, он в любую аферу влезет, если ему хорошо заплатят. Мать родную продаст, если хороший куш предложат, – объяснил Акишкин. – Но признаться в этом никогда не признается, а если жареным запахнет, сдаст всех с потрохами, а себя отмажет.

— Почему же у него до сих пор новых приводов нет? – удивился Лобанов.

— Везет, наверное, – Акишкин отвел взгляд.

— Другими словами, Аркашка не скупится на то, чтобы ты закрывал глаза на его дебоши. – Лобанов нахмурил брови.

— Не то чтобы закрывал, – не стал отпираться Акишкин. – Просто люди не очень любят заявления в милицию писать. Я пообещаю, что приструню Аркашку, они заявление и не пишут. Это их законное право, верно, капитан?

— Ясно. Что ж, спасибо за помощь. – Лобанов развернулся, собираясь уходить.

— У Аркашки неприятности? – остановил капитана Акишкин.

— Не думаю. – Лобанов повернулся и посмотрел прямо в глаза Акишкину. – У нас наводка есть, парень к девушкам цепляется, пугает их, иногда сумочки подрезает. Действует на железнодорожных станциях пригородного назначения, в город не суется. По описанию похож на Ромащева. Но раз ты говоришь, что у него девушка и на других он не смотрит, значит, это не наш человек.

— Точно не ваш, – уверенно проговорил Акишкин. – Аркашка не по девкам, да щипач из него никакой. Он скорее по аферам, по махинациям – вот это его.

— Еще раз спасибо! Надеюсь, больше не увидимся.

Лобанов вышел, прикрыв за собой дверь. В дом Ромащева он не пошел, вместо этого он перешел дорогу, сел на лавочку и стал ждать. Лобанов был уверен, что Акишкин пойдет к Ромащеву, чтобы рассказать про визит милиции. В историю, которую он сочинил на ходу, участковый не поверил, это было видно. Значит, следующий его шаг – визит к Ромащеву. По идее Аркадий сейчас должен был быть на работе, и Лобанов думал, что ради того, чтобы вытянуть с Ромащева деньги, Акишкин отбросит лень и пройдется до складов, благо идти до них недалеко.

Лобанов не ошибся. Прошло минут десять, и Акишкин вышел на улицу. Видимо, он не рассчитывал на то, что капитан может наблюдать за ним, так как даже по сторонам не посмотрел, а прямиком направился на склады. Ворота, как и накануне, были открыты настежь. Акишкин прошел на территорию склада и скрылся в ангаре. Лобанов внутрь не заходил, чтобы не спугнуть Ромащева раньше времени. Он дождался, пока участковый выйдет из ворот, и остался дожидаться, какова будет реакция Ромащева. Лобанов прождал до без четверти десять, потом почувствовал беспокойство и решил, что пришло время раскрыть карты. Он прошел в ангар, фургон Ромащева стоял на месте, но самого его видно не было. Во всем ангаре находился лишь один мужик в спецовке.