Книга Кровавая кулиса, страница 40 – Валерий Шарапов

— Так срочно же, – искренне удивился Коблов, – а если вас на месте нет?

— Если нас нет на месте, то ты и ногами делу не поможешь, – заметил Урядов. – Что за срочность?

— Участковый звонил, сказал, что на Серпуховской подозреваемый объявился.

— Что значит «объявился»? Какой подозреваемый?

— Не знаю, он сказал, что это срочно. – Коблов нахмурился, пытаясь сообразить, что он говорит не так.

— Сеня, повтори слово в слово, что именно сказал участковый, – потребовал Урядов.

— Он позвонил, спросил, на месте ли вы, и потом сказал: пусть едут на Серпуховскую, тут кое-что произошло.

— Кое-что?

— Кажется, – Коблов сильнее наморщил лоб. – Это же значит, подозреваемого задержали, верно?

— Иди, Сеня, мы сами разберемся, – махнул рукой Урядов. – Если майор Котенко будет спрашивать, скажи – мы на выезде.

— Есть, товарищ капитан, – козырнул Коблов и выскочил из кабинета.

— И как только он в милицию попал? – проводив взглядом Коблова, проговорил Деев.

— Понятия не имею, но явно не за личные заслуги, – ответил Урядов. – Забудь о нем, нас участковый ждет. Надо выяснить, что у них там еще стряслось.

На улице Серпуховской, у дома номер семнадцать их ждал участковый уполномоченный Николай Ярцев. Его перевели в москворецкий РОВД из Подольска всего три недели назад, когда местный участковый ушел из отдела по собственному желанию. Он еще не успел изучить контингент вверенного ему участка, но рвение проявлял отменное, да и коллеги с прежнего места службы отзывались о нем как о старательном сотруднике. Завидев оперативников, он подозвал их взмахом руки.

— Здравия желаю, – полуофициально поздоровался он.

— Здорово, Коля, что тут у тебя? Коблов, как всегда, не смог внятно объяснить, – проговорил Урядов, пожимая протянутую руку.

— Пока не знаю, – честно признался Ярцев. – Но информация требует проверки.

— Говори, не томи, – поторопил Деев.

— По вашему приказу я проверял всех жильцов дома номер семнадцать и выяснил следующее: в первом подъезде, в квартире номер десять проживает гражданин Сутихин, ранее судимый за квартирные кражи. Из мест лишения свободы освободился шесть месяцев назад, вернулся на прежнее место жительства. До отсидки у него была семья, жена и сын, сейчас они проживают в Подмосковной деревушке Коледино. У сына сложности с обучением, синдром Дауна. Для более-менее сносного развития ему требуется специализированная помощь, которую ему могут оказать лишь в специнтернате. Мать не желает отдавать сына в казенное учреждение, поэтому лечит мальчика на дому, а это стоит немалых денег.

— Погоди, все это ты узнал, пообщавшись с жильцами? – уточнил Урядов.

— Нет, про Сутихина я узнал, проверяя реестры сидельцев, собранные в отделе, – пояснил участковый. – Когда вышел на Сутихина, решил прозондировать почву насчет его нынешнего статуса. Так узнал про то, когда он вышел. Сведения о наличии семьи были внесены в карту. Его соседи сказали, что в квартире Сутихин живет один, тогда я обратился в справочное бюро и по фамилии выяснил местонахождение семьи, а дальше все просто: связался с участковым из Коледино, он и рассказал про сына и его проблему.

— И все это за сутки? Молодец, Ярцев, хвалю за активность, – искренне произнес Урядов.

— Рад стараться. – Похвалу Ярцев воспринял как нечто должное и продолжил: – Вчера Сутихина дома не было примерно с десяти утра, это тоже сказали соседи, сам я к нему соваться не стал. Я решил последить за квартирой, прежде чем докладывать. Сегодня Сутихин вернулся, сейчас он дома, уже минут тридцать.