Онлайн книга «Чужие грехи»
|
— Будущее представляется невеселым… – меланхолично пробормотала Лида. — Можно подумать, наше прошлое лучилось светом, – фыркнул Алексей. — Может, сосредоточимся? – предложил Варламов. – Имеем два убийства, совершенные одним лицом. Погибшие – молодые женщины. Оба злодеяния свершились поздно вечером с интервалом двое суток. — Днем преступник не может, – буркнула Лида. – Работает, план гонит. — Альберт Ходасевич убить Шмелеву не мог, – сказал Островой. – Он в СИЗО. — Павел Ермолов тоже не мог, – сказал Крюгер. – С девяти вечера Павел был на вызове – горели дома в частном секторе на Трикотажной улице. Прибыли три расчета и два часа заливали из брандспойтов горелки. Жертв нет, есть несколько пострадавших и пьяный кретин, забывший потушить сигарету. Выйдет из больницы, его будут дубасить всей деревней. А при чем здесь Ермолов? Нет, можно, конечно, допустить сильную многоходовую комбинацию… — Но мы не в детективном романе, – огрызнулся Варламов, – давайте ближе к жизни. — Говорю же, это маньяк-убийца, – подал слабый голос практикант. – Человек совершенно посторонний. Родственники и знакомые жертв не имеют отношения к преступлениям… Знаю, молчу, затыкаюсь… – Виталик сделал скорбное личико и уставился в окно. Тянулся своим чередом пригожий летний день. Осадков больше не было. Голосистые воробьи на тополиных ветках проводили расширенное собрание. За дверью в коридоре возмущались дознаватели женского пола: в профком обещали подвезти чешские мужские туфли, и они с утра заняли очередь, чтобы обрадовать своих мужей. Где, скажите на милость, эти чертовы туфли? В профкоме что-то мямлят, а рабочий день не резиновый! «Немного осталось, дотерпим», – подумал Алексей. Политическое руководство заверяло граждан, что к 80-му году в СССР будет, в основном, построен коммунизм. Обмануть не должны – серьезные же люди. Тогда одно из двух: либо при коммунизме никому не понадобится чешская обувь, либо ее будут бесплатно раздавать на каждом углу. — Вот дурочки из переулочка, – фыркнула Лида. – Эту обувь еще вчера разобрали – в режиме полной секретности. Я тоже своему взяла. Зачем, спрашивается? – Лида недоуменно пожала плечами. – Как это произошло? Мог бы и дальше ходить в своих «скороходах». Они половину моей зарплаты стоят… — Само купилось? – встрепенулся Шабанов. — Выходит, так, – согласилась Лида. – Нет, я, конечно, люблю своего мужа, не хочу, чтобы он ходил оборванцем… – она замолчала, украдкой уставилась на Разина. — Я продолжу, Лидия Александровна? Спасибо, – съязвил Варламов. – Итак, имеем две жертвы. Что их объединяет? Только возраст. Впрочем, Шмелева на год младше Ермоловой. Последняя окончила педагогический институт, работала учителем в средней школе. Шмелева – институт народного хозяйства, трудилась в городской публичной библиотеке. Проживали в одном районе, но сами знаете, какой огромный этот район. Что между ними общего? Пока неизвестно. Знали ли они друг друга, имели ли общих знакомых? Может, отдыхали в санатории, посещали один и тот же кружок кройки и шитья… — Вы меня даже не слушаете, – жалобно сказал практикант. – Они не имели ничего общего, эти девушки не знали друг друга… — О, где мое терпение, – взмолился Варламов. – Хорошо, студент, говори, пробил твой час. Выговорись наконец и больше нас не мучай. |