Книга Чужие грехи, страница 51 – Валерий Шарапов

Он оставил любовников нежиться в постели, поспешил к дому убитой. Сумерки сгущались. Лида Белозерская как раз закончила работу с населением, стояла на дорожке, искала глазами коллегу.

— А, вот ты где… Прогулка перед сном, Алексей Егорович? А что лицо такое, будто мусорное ведро понюхал?

Алексей рассказал. Лида присвистнула.

— Жуть в полосочку. А мне казалось, я все знаю о мужчинах… Слушай, я поговорила с людьми. Эти старушки – такие милые люди, до пенсии бы с ними общалась. Такая, говорят, молодая – и уже милиционер. Как трогательно, – Лида засмеялась. – Видимо, нужно состариться, чтобы тебя воспринимали всерьез.

О несчастной Даше Шмелевой все отзываются положительно, даже самые недоверчивые пенсионерки. В порочащих связях не замечена. Сирота, прилежная, вежливая. На работу ездит каждый день, а до ее библиотеки, между прочим, не ближний свет. Ни с кем не гуляет, есть жених, м-да… О его «прогулках», кстати, никто не говорил. Есть такое правило: хочешь что-то спрятать – спрячь под носом. О Сергее Бойчуке мнения сдержаннее, но крайне негативных не слышала. Около семи вечера Даша вернулась с работы. Обычная была, ничем не омраченная. Хлеб несла, пучок зелени торчал из сетки. При старушках из дома не выходила. К сожалению, пенсионерки не сидят под домом до рассвета. Но я поговорила с молодым человеком со второго этажа. Зовут Анатолий. Приличный, работает инженером по ТБ на заводе гидропрессов. С Дарьей близко не знаком, так, «здрасьте, до свидания». Однажды тяжелую коробку помог дотащить – и ничего не попросил взамен.

Вчера Анатолий вернулся с работы в восьмом часу вечера. Жена с тещей на даче, решил отдохнуть. По дороге с работы отстоял за пивом, принес бидончик. Сидел на балконе, культурно потреблял, заедая сухарями, наслаждался покоем. Весь вечер, говорит, сидел. Просто блаженство. Давно стемнело. Двор и подъездная дорожка освещались. Видел, как Серега Бойчук вышел из дома, двинулся куда-то по дорожке. Точно время не помнит, но, по ощущениям, начало одиннадцатого. Потом Анатолий в квартиру вернулся, телик глянул – как раз наш «Чкаловец» продул очередной матч. В расстроенных чувствах опять пошел на балкон, вспомнив, что бидон еще не опустел. Примерно час прошел. Видел, как Даша Шмелева вышла из дома – прямо под балконом прошла в освещенной зоне. Спрашивать не стал, куда намылилась на ночь глядя. В светлой курточке-коротышке, в длинной юбке. Сумки при себе не было – то есть вышла явно ненадолго. И не гулять, а по делу – Анатолий уверен. Быстро пошла вдоль дома к реке. На краю двора местная шпана на гитаре бацала. Дарью знают, не трогают – своя. Но что-то крикнули, поржали. Она ответила, в долгу не осталась. Кто-то громко сказал: «Валет, ша, это же Дашка из нашего дома». Молодые люди продолжали бренчать, обсуждали свои дела. Минут через пятнадцать вышли из сумрака, проследовали под балконом в обратном направлении – каждый к себе. Вроде трезвые, ничего такого. А как вернулась Даша, Анатолий не видел. Пиво допил и пошел на боковую. Кажется, все.

— Слушай, а где наш практикант? – вдруг забеспокоилась Лида. – Что за человек, на минуту нельзя оставить!

Практиканта нашли в конце двора, за подстанцией. Компания местной молодежи мимо, разумеется, не прошла. Кто такой? С какого района? Почему такой чистенький? Может, и деньги есть? А ну-ка, покажи карманы! Вопросов к практиканту было много, и парень, естественно, растерялся. Шпана наседала, приблатненный конопатый отрок уже зашел сзади, выбирал наиболее уязвимое место. Виталик вырывался, но его не отпускали, смеялись. Он возмущался, кричал, что работает в милиции, выполняет в этом районе важное задание. Но молодых людей это только заводило.