Онлайн книга «Чужие грехи»
|
Соседей знает более-менее. В принципе молодые. Анне Семеновне двадцать девять, супруг Вадим Александрович – старше на пару лет. Работает следователем в следственном отделе прокуратуры Дзержинского района. Проживают на левом берегу Оби, и дача тоже на левом. Люди как люди, приветливые, хотя супруг немного замкнутый – и не рыбак, к сожалению, любит грибы собирать. Детей пока не завели, не спешили с этим делом. Оба – члены партии. Соседка взяла отгулы, накопившиеся за несколько лет, решила пожить на даче. У Вадима Александровича отгулов нет, вынужден работать. Рабочий день не нормирован, переработки – рядовое дело. Вечером приезжает на дачу к жене, чуть свет – в город на своих белых «Жигулях». Вчера приехал довольно рано, но и уехал рано, ночевать не стал – поведал Тимофею Ивановичу, что дела выстраиваются стопкой на столе, вечером – срочная поездка в Бердск с ночевкой в местной ведомственной гостинице. Анна Семеновна осталась на ночь одна, поговорила с соседом через ограду. Нормальная была, хотя и какая-то рассеянная. Тимофей Иванович проснулся в начале восьмого – немного проспал, обычно на утренней зорьке рыбачит. Собрал рюкзак – и на причал. Соседи еще спали, народ в этой местности не больно активный. Прошел по террасе, свернул за бугорок – и наткнулся на труп у воды. В панику не впал, все же «боевое» прошлое за плечами, близко не подходил, но осмотрел тело. Часть лица была на виду, понял, что это соседка Анна. Явно мертвая – помощь уже не требуется. Тело лежало напротив ее участка. Тимофей Иванович припустил обратно, благо сила в ногах еще осталась, добежал до правления, вспомнил, что связка ключей осталась на даче, побежал обратно, потом опять в правление. Потерял минут пятнадцать. Сделал звонок в дежурную часть, потом в прокуратуру Бердска – чтобы нашли командированного по фамилии Лучинский. Попросил приехать, назвать причину язык не повернулся. Патрульные прибыли быстро, а Вадиму Александровичу – долгий крюк… Тело перевернули. Оно принадлежало молодой женщине – брюнетке. Кровь залила лицо, запеклась. — Ну, что ж, примите поздравления, Виктор Павлович, – сказал Колкер. – Ваше юное дарование, похоже, не ошиблось, – он отыскал глазами практиканта. Тот время даром не терял – разговаривал в стороне с молодой дачницей – та зябко ежилась, обнимала себя за плечи. Виталик частил, как печатная машинка, и непонятно было, кто кого опрашивает. – Соловей – птица певчая, Виктор Павлович? – Колкер засмеялся. – Пусть работает юнец, лишь бы не мешался… Прислушайтесь к его спорному мнению, в нем есть зерно. Не вижу связи между работницей прокуратуры, учителем в средней школе и сотрудницей ГПНТБ. Но могу ошибаться, работайте. Время смерти традиционно – от десяти вечера до полуночи. Проведем вскрытие – временные рамки сузятся. Почерк тот же, удар и орудие убийства – такие же, 99 процентов, что мы имеем дело с одним убийцей. Посмотрите насчет следов, но вряд ли что-то найдете. Место истоптано, травянистый покров тянется почти до воды. Хорошее местечко, живописное… – эксперт мечтательно вздохнул. – Тимофей Иванович, вы не в курсе, дачки в округе продаются? Отработаю еще год – и к вам, на рыбалку… — Поздно вечером ничего необычного не слышали, Тимофей Иванович? – спросил Разин. |