Книга Самый приметный убийца, страница 6 – Валерий Шарапов

«Куда ж ты лезешь, дурилка? Все же как на ладони. Я тебя вижу, значит, и другие видят», – Колька быстро и незаметно огляделся. На платформе, помимо них, было человека три, и те далеко.

Послышался гудок приближающегося поезда. Гражданин оторвался от чтения, аккуратно прикрыл журнал; пацан немедленно отвернулся, как бы любуясь воронами. Колька невзначай пристроился за этой парой и терпеливо поджидал готовящееся случиться очень скоро событие.

«Сейчас придет поезд, жирный войдет в тамбур, пацан тиснется за ним. У меня будет пара шагов от двери до двери».

Переваливаясь и отдуваясь, прибыл и остановился состав. Гражданин величественно шагнул в тамбур, мальчишка вьюном юркнул за ним. Колька, уже не сомневаясь, прыгнул, «оступился» и упал, свалившись прямехонько на мальца. Тот возмущенно завозился под Колькой, который нарочито неуклюже ворочался на мальце, охая, невнятно извиняясь, но никак не желая слезать.

Толстяк повернулся, с высокомерным недоумением спросил:

— Юноша, вам помочь?

— Нет-нет, благодарствуйте, – степенно отозвался Колька.

Гражданин прошел внутрь, было видно, как он устраивается у окошка и снова достает свой журнал. Колька наконец поднялся и потянул пацана за собой.

— Что же ты делаешь, щегол? – негромко спросил он, для верности встряхивая воришку за шиворот. – Совсем одичал?

Тот, нисколько не испугавшись, огрызнулся:

— Сам дурак. Я этому кнуру толстому хотел лопатник вернуть. Выронил, растяпа жирный.

И в самом деле, сунув руку в карман, показал округлый бумажник, явно не пустой. Колька строго спросил:

— А по сопатке? Ты кому втираешь?

— Ничего я не… – Он полез за платком. – Ну век свободы не видать, – побожился малец, чиркнув пальцем по шее.

Колька пытливо вгляделся в рассерженные, но честные глаза и засмущался.

— А чего же не отдал просто так? Чего шифруешься?

— Доброе дело решил сделать, – угрюмо пояснил малец, – втихую. И чтоб на меня не подумал. Отпусти ворот. Оторвешь – маманя по шее надает.

— Смотри-ка, прямо тимуровец, – маскируя свою неловкость, ответил Колька, – тогда пошли вместе отдадим.

Пацан пожал худыми плечами.

Зашли в вагон. Гражданин, пристроившись против ходу (неинтересно ему смотреть в окно было), почитывал свой «Новый мир». Колька деликатно кашлянул. Пассажир, глянув на пацанов с благожелательным недоумением, ободрил:

— Слушаю вас, молодые люди.

Колька протянул бумажник:

— Вы выронили, гражданин.

Дядька, подняв брови, похлопал себя по карману:

— И в самом деле. Благодарю вас. – Он взял бумажник и, даже не проверив его, спрятал за пазуху.

— Вы бы пересчитали, – напомнил пацан.

— Ничего страшного, я вам верю, – как-то двусмысленно улыбаясь, отозвался гражданин.

На этом и разошлись. Ребята направились обратно в тамбур. Новый Колькин знакомый, стреляя у него папиросу, проворчал:

— Видал, богач какой. Хоть бы пересчитал для порядка.

— Тебе-то что? Отдал – чего завидуешь? – назидательно заметил Колька. – За собой смотри, а то наносит тут добро направо-налево. Так и доиграться недолго.

— Ясное дело, – буркнул тот.

На том и разошлись.

* * *

Эта история всплыла в нужное время, теперь, выслушав очередную порцию Олиного нытья и сочувственно покивав, Колька и выдал свое предложение. Оля осведомилась, в своем ли он уме, на что он ответил: