Книга Короли городских окраин, страница 28 – Валерий Шарапов

— Идем. – Николай зашагал по тротуару в сторону дороги, где фонари вытянулись в светящийся строй. – К магазину, оттуда прочешем дорогу.

Санька со всех ног старался успеть за товарищем, хоть от беготни по дворам и страха за пропавшую девочку ноги у него уже подкашивались, на рубахе расползлись пятна пота, а внутренности выкручивало тяжелыми щупальцами от паники.

Первый такой приступ произошел с мальчиком в начале войны, во время бомбежки железнодорожного состава, в котором вывозили из оккупированной Белоруссии женщин и детей. Тогда снаряд попал прямо в теплушку, где Санька третьи сутки трясся вместе с матерью на голых, наспех сколоченных настилах из занозистых досок. Мать, сидевшую напротив, разметало на глазах сына на кровавые ошметки, как хрупкую игрушку. Санька, даже не успев ничего понять, оказался в темноте воронки под завалом из тел и искореженного металла. Тогда семилетний Санька выл несколько часов подряд, вырываясь наружу, обдирая в кровь пальцы.

И теперь, в мирной жизни, от любой неприятности его накрывало безумной трясучкой с отключкой мозгов. Нутро лопалось от рвущегося крика, а руки жили отдельной жизнью, цепляясь за все вокруг, словно железные крючки. Чтобы отвлечься от знакомого спазма в кишках, он говорил и говорил, убеждая себя, что со Светкой не произошло ничего страшного.

— Она, наверное, в очереди стояла долго. Я вот вчера в очереди за постным маслом проторчал до вечера, а оно закончилось. Как думаешь, Коль? Или чулки, она, наверное, чулки порвала! И домой идти боится, что ее тетка выпорет! Тетя Аня чулки на кофейник выменяла, ругалась, что Светка быстро вымахала. Хорошо, что мы не девчонки и брюки носим! Может, прыгалку нашла и играет, а? Она, знаешь, как о ней мечтает! Я семь классов окончу, пойду на завод, куплю Светке прыгалки и пупса, чулков десять пар куплю. Вот честное пионерское!

Колька шикнул, чтобы остановить тревожные рассуждения, и прислушался – ему послышался тихий скулеж, наподобие писка новорожденного кутенка. Услыхал звуки и Санька. Он бросился напролом в кусты, застрял в сплетеньях тугих прутьев и нетерпеливо крикнул в темноту:

— Светка! Светка, это ты?

— Я-я-а-а-а. – Скулившая до этого девочка отчаянно разрыдалась при виде ребят.

Крепыш Колька помог ей выбраться из кустов. Хромающую девчонку пришлось тащить до качелей, чтобы рассмотреть, что с ней случилось. Выглядела найденная пропажа неважно: ситцевое платье в грязных разводах, чулки зияют дырами, ладони и колени алеют от широких ссадин.

— Тебя избил кто-то? – Санька уже сжал кулаки, глаза потемнели от надвигающегося приступа.

Светка покрутила отрицательно головой.

— Ты упала и ободралась? – предположил Коля.

Девочка затрясла головой.

— Уф, – облегченно выдохнул Санька и закрутил головой по сторонам. – А продукты где? В кустах?

— Нету-у-у и туфли нету-у-у, бежала-а-а, – снова заревела белугой Светка.

Добрую четверть часа ребята успокаивали и вытягивали из икающей и ревущей девчонки ее историю.

Светка, старательно отстояв очередь, набила в сетчатую авоську сахар, коробку с чаем, тяжелые шайбы каши с мясом, которую она обожала, и упаковку с яркой ветвистой надписью «Сухари дорожные». Такую красоту раньше не давали, и первым позывом стало осторожно надорвать упаковку и попробовать невероятное лакомство. Но тут же в памяти всплыл окрик тетки Анны и свист кожаного ремня. И Светка со всех ног бросилась к дому в надежде, что за примерное поведение тетка раздобрится и разрешит ей снять пробу.