Книга Разорванный круг, или Ступени возмездия, страница 41 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Доброе утро, Варя, — укоризненно произнесла я, неохотно вылезая из уютной постели.

— Ну доброе, доброе! — отмахнулась Варвара. — Просто сейчас не до церемоний. Ванде снова стало хуже, и мне срочно нужна твоя помощь!

— А что случилось? Ей же вроде вчера полегчало. — Я натягивала светлые брюки, думая, что третьего дня носки они не перенесут. Давно пора возвращаться домой, хотя бы ради того, чтобы переодеться.

— Ну да, вечером даже немного поела и спокойно заснула. Я расслабилась, решила, что кризис миновал. А сегодня с утра проснулась, дай, думаю, проверю старушку. Захожу тихонечко, а она лежит вся бледная, ни рукой ни ногой пошевелить не может, говорит еле-еле. Лель, я боюсь, это гипертонический криз, как бы у нее инсульта не случилось!

— А ты Кате сказала? Скажи обязательно! Может, у Ванды врач есть свой, который ее постоянно наблюдает, тогда незачем тянуть время, надо срочно звонить!

— Да не сказала я пока ничего! — с досадой отмахнулась подруга. Ванда хоть и находится в полуобморочном состоянии, но капризничает, как здоровая. Только меня да Илюшу в комнату пускает, а о Катерине даже слышать не хочет.

— Странно! А я всегда думала, что горе людей сближает. Им сейчас вместе держаться надо, а не разборки устраивать! И что это Ванда именно сейчас на невестку взъелась?

Варька подозрительно отвела глаза и, глядя куда-то поверх меня, нерешительно выдавила:

— Может, я, конечно, что-то не так поняла, но Ванда в смерти Толи винит нашу Катерину! Все утро мне об этом талдычит… Хотя, вполне возможно, это просто эмоции, она же всегда Катюху недолюбливала…

Недолюбливала — это еще мягко сказано. По мнению Ковальской, Катерина все делала не так: и готовила невкусно, и за мужем следила плохо, и сына воспитала неправильно. Ванда считала, что ее Толя был настоящим слепцом, когда выбрал себе в жены Катю Соловьёву. В глубине души она была твердо убеждена, что высокая, статная Варвара гораздо больше подходит в жены Анатолию, чем маленькая и невзрачная Катерина. Впервые увидев ее на какой-то вечеринке, Ковальская долго не теряла надежды, что рано или поздно эта яркая хохотушка отобьет завидного жениха у своей подруги. Но годы шли, мечты Ванды Станиславовны так и оставались мечтами. Со временем Ковальская сдалась и почти смирилась с жестокой реальностью, однако взаимная симпатия с Варварой осталась. Именно поэтому Варька второй день не отходила от постели Катиной свекрови и чувствовала себя ответственной за ее здоровье.

Все эти мысли вихрем пролетели у меня в голове, а вслух я сказала:

— Одно дело недолюбливать, и совсем другое — обвинять в смерти мужа. Варь, мы во разберемся, но только не сейчас. Сейчас надо идти к Кате и рассказать ей все. Она хозяйка дома и Ванде, в отличие от нас, не чужая. Вот пусть и принимает решение.

— Ты, как всегда, права, недовольно пробубнила Варька. — Только давай по ходу к Ванде заскочим.

На это я легко согласилась, и мы бегом спустились на первый этаж, где находилась спальня матери Мальцева. Комната, принадлежащая Ванде, была одной из самых больших в доме. Первоначально Катя планировала устроить тут столовую, но после того, как свекровь ни в какую не захотела жить в гостевом домике, от этой идеи пришлось отказаться. Ни одна из гостевых комнат Ванде Станиславовне не подошла, все они были на втором этаже, а подниматься и спускаться по лестнице ей было тяжело. Вот так эта большая светлая комната с эркером и отдельным выходом в сад превратилась в личные покои Ванды. Правда, сейчас она скорее напоминала больничную палату. В воздухе витал устойчивый запах лекарств. На прикроватной тумбочке лежал тонометр, на комоде громоздились всевозможные капли и пузырьки с таблетками.