Книга Разорванный круг, или Ступени возмездия, страница 58 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Смотри, какая вырисовывается картина, — Варька притормозила, съехала на обочину и повернулась ко мне лицом. Из чего я поняла, что разговор будет серьезный. — Анатолий упал не просто так, а поскользнулся на ступенях, облитых какой-то жидкостью. И ты знаешь, — Варька на мгновение замолчала, а потом задумчиво произнесла: — Мне еще тогда показалось, что в винном погребе как-то странно пахнет. Вроде смесью машинного масла с керосином. Согласись, не самый подходящий запах для подобного помещения. Ты не заметила?

— Куда там! — отмахнулась я. — У меня все события воскресного утра словно в дымке. Так что я вообще мало чего помню, а уж запах и подавно.

— А вот я на любые запахи очень чуткая, мне тогда сразу в нос ударило. — Варька даже слегка поморщилась от нахлынувших воспоминаний. — Ну да ладно! Для нас сейчас не так важно, чем были смазаны ступени, гораздо важнее, кто это сделал. Ты сама что думаешь?

— Теоретически это мог сделать любой из гостей, — начала размышлять я вслух, дверь в винный погреб была не заперта, а все гости передвигались по дому свободно. Однако большинство из них были в новом доме Мальцевых впервые и понятия не имели о существовании погреба. А это значит, никак не могли заранее продумать трюк со ступенями, а тем более заблаговременно запастись смазкой. А это значит…

— А это значит, — не дала договорить мне Варвара, — что Толино падение подстроил кто-то из своих! Из тех, кто не раз бывал в доме или даже жил в нем! — При этих словах Варвара бросила на меня испытующий взгляд, видимо ожидая моей реакции.

— Слушай, Варь, — не выдержала я, — да что мы с тобой все ходим вокруг да около, будто первый день знакомы! Скажи честно, ты думаешь, это Катерина?

В машине повисла напряженная тишина. Было слышно, как жалобно поет поставленное на минимальный звук радио да жужжит ошалелая муха, случайно залетевшая в салон. Варька неторопливо открыла окно, выпустила несчастную пленницу и нехотя выдавила:

— Нет, я так не думаю. Вернее, не хочу так думать. А ты?

— Вот и я не хочу. Хотя все вокруг говорит именно об этом. И подозрения следователя, и уверенность Ванды, а главное — мотив. У нашей Кати был серьезный мотив убить мужа. Ревность отвергнутой женщины, замешенная на страхе оказаться без средств к существованию, что может быть хуже?

— Лель, но ведь Катерина по-настоящему любила Толю! На других мужиков даже внимания никогда не обращала. Да ты только посмотри, как она страдает! Чтобы сыграть такое горе, нужно быть по крайней мере Сарой Бернар! А наша Катька даже притворяться толком не умеет, вечно режет правду-матку в глаза!

— Не знаю, Варь. Все, что ты сейчас говоришь, — это эмоции. Да, она действительно страдает, но что же ей остается делать в такой ситуации, радоваться, что ли? Она же потеряла близкого человека и осталась без финансовой поддержки, тут любая бы на ее месте в истерике билась и слезы лила. И вообще, — я с тоской посмотрела на притихшую Варвару, чужая душа потемки, и мы с тобой, как ни прискорбно это признать, совсем не знаем нашу школьную подругу. Но поверь, мне тоже гораздо проще и приятнее думать, что не она виновна в Толиной смерти.

На моей последней фразе совсем было сникшая Варвара заметно оживилась.

— Тогда я предлагаю принять на веру, что наша Катька, с которой мы, между прочим, знакомы с самого детства, не убивала мужа. И единственный способ развеять остатки наших подозрений — найти настоящего убийцу. Варька хитро усмехнулась. — Ну что, составим конкуренцию твоему Громыко? Какой-никакой опыт у нас уже есть.