Книга Ночное плавание, страница 125 – Меган Голдин

Рэйчел еще больше забеспокоилась через несколько миль, когда они повернули направо на развилке гравийной дороги, которая пролегала через густой лесной массив. Ухабистая дорога была настолько узкой, что кусты задевали машину. Дорога наконец расширилась, и на небольшой поляне показался припаркованный «Джип».

— Где мы? – нерешительно спросила Рэйчел, выбираясь из машины в безмолвное уединение отдаленных зарослей кустарника.

— Идите за мной, – сказал детектив Купер, ведя ее по грубой тропе, проложенной между разросшимися кустами.

Рэйчел сглотнула, пытаясь не показать, насколько уязвимой себя чувствует, когда ее завозят в такое неожиданно изолированное место. По дороге через кусты она думала про себя, что это похоже на место, куда мафия привозит людей, чтобы казнить и сбросить тело в неглубокую могилу. Но стоило ей заметить вид в просветах между деревьями, она сразу остановилась.

Под ними раскинулся захватывающий пляж в собственной бухте. Выше стоял дом из дерева и зеркального стекла, отражавшего окружающий его океан и лес.

— Это дом Митча, – сказал детектив Купер.

Он пошел по пологой тропинке к дому, возвышающемуся на краю скалы. Рэйчел последовала за ним.

Митч Элкинс стоял у стальных перил на балконе с видом на море. Он был в джинсах и темно-синей рубашке, которая развевалась на ветру.

— Я не должен разговаривать с журналистами о суде, – сказал Элкинс Рэйчел, когда она подошла к нему. – Меньше всего мне нужно, чтобы меня обвинили в сговоре с влиятельным подкастером. Поэтому я с вами не разговариваю. Этого разговора не было. Вы понимаете?

— Абсолютно, – сказала она, обернувшись в поисках детектива Купера.

Через огромные стеклянные окна дома она видела, как он прошел через минималистичную гостиную вниз по воздушной лестнице и скрылся из виду.

— Вы много дней пытаетесь поговорить со мной. Что вы хотели обсудить? – спросил Элкинс, устремив взгляд на синюю гладь моря.

— Дженни Стиллс. Вы помните ее?

— Конечно, я ее помню, – сказал он. – Дженни была моей первой любовью.

— Сколько вам было лет? – спросила она.

— Мне было где-то четырнадцать-пятнадцать. Дженни училась на два класса младше. Мне казалось, что я потратил годы, пытаясь набраться смелости заговорить с ней. В конце концов мне это удалось. Мы подружились. Иногда мы проводили время вместе на пляже. Но у меня все еще не хватало смелости пригласить ее на свидание.

— Что произошло с Дженни тем летом, когда она умерла? – спросила Рэйчел.

Она уставилась на собственное отражение в линзах солнцезащитных очков Элкинса, когда он отвернулся от пейзажа и посмотрел на нее. Он выглядел рассерженным ее дерзостью, но на его лице была и другая эмоция. Горло Рэйчел сжалось от страха, когда она поняла, что это чувство вины.

— Я знаю, что вы каждый год оставляете ей цветы. Просите ее простить вас, – сказала Рэйчел. – Что ужасного вы сделали много лет назад, чтобы просить у Дженни прощения?

— Вы спрашиваете, не убил ли я Дженни?

Рэйчел с трудом сглотнула и кивнула. Митч Элкинс был грозным мужчиной в лучшие времена. Человеком, который никогда не лез за словом в карман. Свирепое выражение его лица говорило Рэйчел, что она чертовски обнаглела, посмев допрашивать его. Но он ничего не сказал, лишь отвернулся и уставился на море.