Книга Ночное плавание, страница 72 – Меган Голдин

— Хм, – сказал Харрис. – Я не думаю, что меня посадят в тюрьму.

— Для ясности, в обмен на ваши сегодняшние показания, вам выдали карточку освобождения из тюрьмы. Это верно?

Элкинс вскочил.

— Протестую.

— Поддерживаю, – сказал судья Шоу, разрешив Харрису наконец уйти с трибуны.

Когда Харрис, с красным лицом и дрожа от страха и явного облегчения, неровно спустился, Рэйчел поняла, что присяжные разделились во мнениях по поводу его показаний. Несколько присяжных сидели, скрестив руки. Они не смотрели в его сторону. Рэйчел было очевидно, что они просто не поверили Харрису. Несколько других, в основном пожилые женщины, с некоторым сочувствием смотрели на него, когда он покидал трибуну. Было ясно, что его жизнь разрушилась из-за последствий той ночи.

Утром перед началом заседания Рэйчел коротко поговорила с отцом Харриса, Биллом. Он сказал, что его уволили с работы и они потеряли дом, потому что он не мог покрывать ипотечные платежи и платить адвокатам, представлявшим его сына. После того как Харрису предъявили обвинения, босс Билла, двоюродный брат Дэна Мура, уволил его, заявив, что это часть реструктуризации. Теперь семья живет с родителями Билла в часе езды от Неаполиса, пока Билл ищет новую работу.

Когда суд сделал перерыв на обед, Рэйчел наблюдала через окно зала, как отец Харриса шел по южной лужайке здания суда к своей машине, положив руку на левое плечо сына, чтобы утешить. На лужайке не осталось никаких признаков того, что она была сценой прямых новостных трансляций по всей стране, за исключением нескольких грязных вмятин в траве в форме колес вещательного фургона.

Когда Харрис и его отец скрылись из виду, Рэйчел на мгновение остановилась, наблюдая, как люди расходятся по площади на обеденный перерыв. Возле фургона с едой через дорогу выстроилась очередь. Другие направились в кафе на боковых улицах или сидели на скамейках, чтобы съесть принесенные с собой обеды.

Рэйчел провела обеденный перерыв, работая на скамейке в холле за пределами зала суда. Она взяла с собой сэндвич, но не успела его съесть, поскольку печатала заметки с утренними показаниями. Закончив, она разместила заметки на сайте и закрыла ноутбук, когда люди начали возвращаться в суд на дневное заседание.

Оставшееся время Рэйчел использовала, чтобы проскользнуть в женский туалет. Когда она вышла из кабинки и подошла к раковине, чтобы помыть руки, то увидела небольшой конверт, прислоненный к дозатору с мылом для рук. На нем стояло ее имя. Дверь туалета качалась вперед и назад, как будто кто-то только что вышел.

Рэйчел, я услышала ваше сообщение в конце подкаста. Вы хотите встретиться со мной. Я понимаю. Я тоже хочу встретиться с вами. Я ваша давняя поклонница. Но, поверьте, сейчас не самое лучшее время. Однажды вы поймете. Это действительно в ваших интересах. Как это называется? «Правдоподобное отрицание»?

Кстати, это не значит, что мы не встречались. Если можно назвать встречей двух незнакомцев, проходящих мимо друг друга на многолюдной площади у здания суда. Не говоря о других местах, где мы фактически терлись плечами.

На самом деле, сегодня утром в суде вы смотрели прямо на меня. Я вошла как раз перед тем, как охранник закрыл двери для утреннего заседания. Единственное свободное место было в последнем ряду. Я застряла, уставившись на лысеющую голову мужчины в ряду передо мной, слушая, как Харрис Уилсон рассказывает о своей роли в изнасиловании Келли Мур. Харрис пытался изображать непреднамеренность. Я не купилась. Он знал, что делал, когда пошел следом за Келли с вечеринки той ночью.