Книга Не засыпай, страница 136 – Меган Голдин

Она диктует номер мобильного телефона. Я пишу его в верхней части меню навынос и запихиваю в карман джинсов.

— Лив, вы еще здесь?

Я догадываюсь, что она пытается удержать меня на связи. Сквозь щели бамбуковой перегородки вижу копов, бегающих по улице в поисках меня. Я вешаю трубку, ничего не говоря.

Из распашных дверей кухни к передней стойке, за которой стою я, выходит официантка.

— Вы хотите забрать заказ навынос? – спрашивает она.

— Нет, я хочу поесть здесь.

Официантка провожает меня к ряду пустых столиков. Я выбираю столик позади шумной компании из двенадцати человек, празднующих день рождения. Я сижу, сгорбившись над тарелкой супа с говяжьими ребрышками, и просматриваю новые сообщения на своем телефоне.

Я обращаю особое внимание на голосовую почту и на текстовое сообщение, что Тед прислал мне вместе с фотографией, на которой запечатлен эскиз лилии, выполненный из крошечных точек. В сопроводительном сообщении Тед объясняет, что это геральдическая лилия, символ французской королевской семьи и излюбленный цветок дизайнеров.

Тед говорит, что я нарисовала этот эскиз после того, как проснулась однажды ночью, когда мы все еще были вместе в Лондоне. Я думала, что это воспоминание об убийстве, хотя понятия не имела, что оно значит. Тед говорит, что за последние несколько дней сам навел справки, чтобы помочь мне разобраться.

— Друг, с которым я связывался по поводу наброска, только что перезвонил мне, – говорит Тед. – Он поспрашивал и раздобыл информацию о дизайне. Я вернусь, чтобы мы могли это обсудить. Думаю, я знаю, кто убил Эми и Марко. Пришло время обратиться в полицию.

Среда, 22:35

Ночной менеджер жарил во фритюре свежую порцию пончиков с желе для толпы полуночников, когда Хэллидей и Лавель зашли в алкогольный магазин.

— Дайте мне минутку, – крикнул он сквозь пронзительное шипение масла.

Хэллидей отошла за угол магазина, чтобы ответить на входящий звонок. Она надеялась, что Лив Риз перезвонила ей. Но это была не она. Это был ее старый армейский приятель Оуэн Джеффрис.

— Дарси, – сказал Джеффрис. – У меня есть результаты анализа почерка.

— Что ты обнаружил?

— Он не совпадает ни с одним текстом в нашей базе данных ЦРУ.

Хэллидей поникла. Это был очередной тупик.

— Это лишь означает, – добавил он, – что надпись не была сделана известным террористом, осужденным преступником или кем-либо из нашего списка наблюдения. Тем не менее наш алгоритм предоставил некоторые интересные сведения.

— Например?

— Заметки на стикерах и сообщение на окне не были оставлены одним и тем же человеком. Заметки на стикерах написаны левшой. Слова на окне с места преступления написал правша.

— Лив Риз – левша, – заметила Хэллидей.

— Ты уверена, что она левша?

— В отчетах судебно-медицинской экспертизы по делу убийства Декер и Реджио говорится, что ножевые ранения нанес правша. В нем категорически утверждается, что Лив Риз была левшой. По-видимому, это несоответствие было ключевой причиной, по которой прокуратура решила не предъявлять ей обвинения, хотя следователь, парень по имени Краузе, был одержим идеей бросить ее за решетку.

— Что ж, это интересно, – Джеффрис замолчал на некоторое время. – Какого она роста?

— Около ста семидесяти.

— В таком случае очень маловероятно, что она это написала, – решительно заявил он.