Книга Тени южной ночи, страница 99 – Татьяна Устинова

А этот майор что себе позволяет?! Подумаешь, из столицы он! Да у нас тут не столица, мы по своим законам живем — стоит мне свистнуть, от тебя мокрого места не останется, и воспоминаний тоже.

Примерно все это он высказал майору. Вернее, начал высказывать было, после чего обнаружил себя лежащим на полу. Стул валялся рядом.

Лежа на полу в застегнутых наручниках, Вадим некоторое время продолжал высказываться.

Майор открыл на мониторе пасьянс, уселся еще вольготнее и теперь перекладывал карты.

Самое унизительное и отвратительное — майор не кидался его бить, не выкрикивал угроз и, кажется, не двигался. Вообще непонятно, как Вадим свалился со стула!..

Лежать было неудобно и больно от наручников, которые он придавил собой.

— Ну чего, погнали? — не отрываясь от пасьянса, переспросил майор.

Вадим извернулся, дотянулся до стула и пнул его ногой. Стул загремел по полу.

Опять щелканье «мыши», перекладывание карт.

— Ах ты, сволочь, гнида проклятая, — словно пробуя на твердость болотистую почву, вновь завел Вадим. — Ты не знаешь, с кем связался, давай говори своим погончикам «гуд бай», я же выйду отсюда, и хана тебе, и бабе хана…

Перекладывание карт, щелканье «мыши».

Вадим поговорил еще какое-то время, пока не сообразил, что говорит сам с собой.

Майор его не слушал, а тупая сука сидела у него за спиной, невидимая.

Вадим замолчал, обдумывая положение.

Положение было так себе, не очень.

Он, хозяин жизни, в ментовке родного города, на полу, в наручниках грозит всем, чем только можно, и… ничего не происходит.

Вадим еще полежал немного, а потом, кряхтя, попытался сесть. Сидеть на полу со связанными за спиной руками было чертовски неудобно, нос почти утыкался в колени.

Вообще ничего хорошего.

Щелканье «мыши», перекладывание карт.

Вадим попытался встать, завалился на бок, весь залился потом от унижения и бессилия. Он катается по полу в ногах врагов, а они даже на него не глядят!..

— Мне нужно встать, — наконец выговорил Вадим и снова задергался.

Майор пожал плечами:

— Вставай.

Кое-как, с недюжинными усилиями, Вадим поднялся на ноги и оценил ситуацию.

Если он сейчас выскочит в коридор, лейтенант вернет его обратно. Если, подцепив стул ногой, запустит его в майора — в том, что операция удастся, Вадим сильно сомневался, он не был ловок, — майор и бровью не поведет.

И чего дальше?

— Чего тебе от меня нужно, мент?

— Называть на «вы», обращаться «товарищ майор».

И опять гребаный пасьянс, щелканье «мыши»!..

Кренясь то на одну, то на другую сторону, Вадим сцепленными сзади руками ухватил стул и поставил. Как это в боевиках на запястьях веревки жгут вслепую, чтоб освободиться?! Все брехня поганая! Хреновы киношники, жулики проклятые!

Он сел, и картинка вернулась к исходной.

— Погнали? — выглянув из-за компьютера, в третий раз спросил столичный майор. — С какой целью девятого июля вы похитили гражданку Поливанову Марию Алексеевну и силой и без ее согласия удерживали в течение двадцати часов?

— Я не знаю никакую Поливанову.

— Как?! — поразилась Маня из своего угла.

— А ты, сука драная…

Хоп, и вновь эпизод «два»: Вадим корчится на полу, стул валяется рядом!

— …ты же Покровская Марина, — договорил он с разгону.

— Марина Покровская — писательский псевдоним Марии Алексеевны Поливановой, — проинформировал сверху майор. — Так с какой целью она была вами похищена?..