Книга Смерть на кончике ножа, страница 117 – Елена Терехова

— Здравствуйте, моя фамилия Хомич. Я за справкой, – проговорила Кира, не переступая порог кабинета.

— Подождите за дверью, – ответили ей.

Ксения тем временем отправилась к выходу, намереваясь снова прошмыгнуть через паспортный стол, но любопытство заставило её приостановиться и посмотреть, чем же закончится встреча Киры и Алексея.

Вместо Потапова из кабинета вышел молодой человек, который опрашивал её, Ксюшу, в парке в день несостоявшегося нападения. Кажется, младший лейтенант Денисов… Он сказал несколько слов Кире и протянул ей листок бумаги. Дверь за его спиной начала медленно открываться. Хомич прижала листок к груди и замерла, будто увидев привидение.

— Это он, я узнала голос! – вдруг воскликнула она и рухнула на пол.

— Чёрт! – не сдержался Денисов и крикнул сидевшим в кабинете: – Помогите, тут девушке плохо! Нужен врач!

В коридор выскочили человек пять мужчин, они окружили Киру, стараясь привести её в чувство, Ксюша, оставшись незамеченной, покинула место событий.

— Значит, всё-таки Репин, – подвела итог Борисова после Ксюшиного звонка с отчётом. Она явно была разочарована. – Интересно, что такого услышала Кира, что помогло ей узнать его голос? Эх, если бы Потапов не был таким занудой, уже давно всё встало бы на свои места. Увидимся завтра, будь осторожна, дорогая, ещё ничего не закончено.

Едва они перешагнули утром порог своей каптёрки^[26], как Галина критически осмотрелась вокруг:

— Тут надо прибраться, у нас настоящий бардак!

— С чего это вдруг? – Борисова тоже посмотрела по сторонам, но ничего криминального не заметила: клеёнка на столе новая, полы вымыты, кружки-ложки по местам, бумажки – стопками. Да, пыль на поверхностях, но тут ничего не поделаешь – производственный цех рядом, влажная уборка – обычное дело. Впрочем, спорить с подругой, когда у той начинается приступ наведения порядка, – дело бесполезное, поэтому Лена просто расписалась в журнале выполнения нарядов и ушла в цех, оставив Галину вживаться в роль древнегреческого Геракла в авгиевых конюшнях.

Через час она заглянула в помещение. Его было просто не узнать! Вокруг ни пылинки, всё сверкает чистотой, тюль на единственном окошке, расположенном практически под потолком, белоснежный, хоть и влажный. По всей видимости, Щербинина повесила его сразу же после стирки. Да и само окно будто растворилось, настолько прозрачным стало стекло в отмытой светло-голубой раме.

— Святой бороды клок! Нам теперь ещё ковёр на стену – и можно переезжать на постоянное место жительства, – рассмеялась Борисова. – Да, не забыть про халат и тапочки!

— И телевизор, – Галина тоже не удержалась от улыбки. Она была довольна результатом своей работы.

— Ты обещала сегодня верхонки получить, ребята уже спрашивали, ветошь нужна и хозяйственное мыло. На склад пойдёшь? Как соберёшься, скажи, в помощь парочку парней организую, одна ты всё это добро не утащишь.

— Кладовщица сказала, что не раньше часу дня меня ожидает. У них там запчастей много пришло: принимают, считают, сортируют. Вот только толку-то, всё равно того, что надо, опять не отпустили, придётся нашему Филиппенко суетиться, выменивать у других автобаз, договариваться. Кто эти дурацкие нормы придумывает? Зачем тогда каждый месяц акты составляют по износу, требования пишут? Перерасход бумаги и нервов.