Книга Смерть на кончике ножа, страница 33 – Елена Терехова

Второе письмо от Мишки. Сын, как всегда, делился новостями и событиями кратко, через запятую: «Жив, здоров, всё хорошо. Привет “Борщу”. Двоюродному брату терпения и сил! Всех обнял!» Практически телеграмму послал. Бумагу, что ли, экономит? Правда, в этот раз в дополнение к письму-записке в конверт были вложены две одинаковые фотографии. На них Мишка в парадной милицейской форме заснят на набережной реки Иртыш. «Омск, 1984 год», – подписаны обе, но на одной карандашом добавлено: «Мама, передай одну фотографию Лесе Чацкой. Помнишь медсестричку из травмпункта, которая мне перевязки делала?»

— Святой бороды клок! Пушок, ты понял? У нас тут медсестрички появились, которым некоторые бравые милиционеры приветы с фотками передают. – Лена, разговаривая с котом, пыталась вспомнить ту самую Лесю.

Точно, виделись пару раз. Правда, обстоятельства знакомства были не самые приятные – их подпольное расследование убийства в «Таёжном» как раз выходило на завершающую стадию. Преступники не выдержали и начали предпринимать попытки вывести самодеятельных сыщиц из дела: под видом ограбления напали на Ксению, влезли в квартиру Галины и устроили потоп, а когда это не помогло – подговорили местных хулиганов, и те избили Мишку. Да, Лена тогда здо́рово испугалась, чего уж тут говорить! Даже был момент – самоустранилась от расследования, но ненадолго. И правильно сделала, ведь разгадка была уже совсем близко!

А Мишка ходил на перевязки и требовал, чтобы мать оставалась дома. Потом приводил девушку на чай. Тоненькая такая, как тростинка, каштановые волосы, глаза цвета спелого ореха. Олеся, да, точно.

— Что ж, придётся выполнить просьбу нашего будущего правоохранителя и наведаться к этой Лесе-Олесе. Как знать, Пушок, а вдруг это наша будущая невестка?

В старой записной книжке нашёлся телефон регистратуры травмпункта, но там ответили, что медсестра Олеся у них больше не работает.

— Она в «пятиэтажку» перевелась в хирургическое отделение, позвоните туда, – и добрая женщина на другом конце провода продиктовала номер санпропускника.

— Что ж, это судьба, Пушок. – Лена наконец положила трубку. – Олеся работает завтра, а это значит, что у нас теперь есть в хирургическом отделении свой человек… Навестим-ка завтра и её, и загадочную Киру. Так, кажется, она представилась нашей Ксении… Навестим. Сразу после уколов, будь они неладны!

День выдался настолько жарким, что желание шевелиться отпало ещё на рассвете. Тридцать пять градусов для Междугорска – аномальная температура, а всё из-за расположения городка, как говорили местные, – «кастрюлька без крышечки». Более точного наблюдения и не придумать! Населённый пункт, меньше тридцати лет назад получивший звание города, располагался в низине, окружённой двойным кольцом. Внешнее – цепь гор, покрытых хвойными зарослями, внутреннее – две реки, берущие начало в верховьях и соединяющиеся в одну водную артерию, едва выходя за черту города. Ни малейшего ветерка, поступающего извне. Как результат – многослойные туманы, затяжные дожди («снова тучка за Лысую гору зацепилась»), а если солнце позволяло себе усилить жар чуть больше двадцати градусов, то начинались настоящие джунгли, правда, без экзотических фруктов и животных. Воздух превращался в пар, дышать им становилось тяжело и некомфортно, потные и утомлённые люди перебежками неслись от одного дерева к другому, чтобы укрыться в тени, съесть мороженое или выпить стакан холодного кваса.